30 апреля, 2014 - 20:32

Автобиография Андреа Пирло. Глава 9

sport_sudafrica_2010_italia_allenamento_lippi_pirlo_ansa.jpg

Я не поставлю и цента на то, что буду тренировать после окончания карьеры. Это не мое. Слишком беспокойная работа, и образ жизнь почти как у футболиста. Я свое отыграл и в будущем хотел бы вернуться к спокойной жизни. В мире только один Антонио Конте, хотя Марчелло Липпи в минуты гнева очень на него похож.

Победа на чемпионате мира – достижение всей команды, но после группового этапа Липпи сказал нам: «Вы – дерьмо, вы мне отвратительны». Это случилось перед матчем 1/8 финала против Австралии, который мы выиграли благодаря голу Франческо Тотти с левого пенальти. Липпи собрал нас в отеле и разорвал в клочья: «Вы слишком часто общаетесь с журналистами, вы шпионы, которые не могут сохранить ни одного секрета, прессе известно все до мелочей. И что теперь? Я не могу доверять вам».

Он не позволил нам вставить ни слова. Липпи говорил в режиме монолога. Он не мог сдержать негодования. Его лицо исказила ярость, а вены на шее, казалось, вот-вот лопнут. У него отказали тормоза: «Идите и трахните себя. Я не хочу иметь с вами дел. Банда ублюдков. Ублюдков и доносчиков». Липпи говорил около пяти минут, и когда он закончил, большинство из нас краем глаза искали Пиппо Индзаги, чтобы понаблюдать за его реакцией.

Липпи вызывал у нас особенные эмоции. Но с ним связаны мои личные переживания. Каждый раз, когда я встречаю его, вспоминаю, что если бы Липпи продолжил работать с «Интером», я наверняка стал бы знаменосцем «нерадзурри». Как Джузеппе Бергоми, но без усов, или как Эстебан Камбьяссо, но с волосами. Моя карьера пошла бы по совершенно другому пути. Если бы Липпи сохранил должность, я бы остался в «Интере» до конца жизни. В конце концов, я с детства болел за «нерадзурри». Моим кумиром был Лотар Маттеус. Он носил футболку с 10-м номером, забивал голы и вдохновлял партнеров. Для меня не было никого лучше. День, когда я встретил его в Виареджо и взял автограф, долгое время оставался лучшим и самым важным в моей жизни.

После Маттеуса моим идолом стал Роберто Баджо. Я жил в большой комнате, и на стене висели плакаты обоих. Так что мне не пришлось решать, какого бога низвергнуть с олимпа.

Я все еще болел за «Интер», выступая за «Брешию». Но когда попал в клуб, мое мнение изменилось. В конце сезона-1997/98 я находился в лагере итальянской «молодежки». Позвонил агент: «Андреа, ты переходишь. Я договорился с «Пармой», тебе нужно лишь подписать контракт». Я чуть не сошел с ума от счастья, но выразил воодушевление единственным словом: «Окей».

На следующее утро я приехал домой, и все перевернулось с ног на голову. На мой мобильный звонили настойчивее, чем обычно. «Привет, это Туллио. Вчера вечером президент «Интера» Массимо Моратти переговорил о тебе с президентом «Брешии» Луиджи Кориони. Они договорились за 10 минут. Теперь ты будешь играть за любимый клуб. Ты – игрок «Интера»! Готовься, нужно ехать в Аппиано Джентиле1 на медосмотр». Последовала очередная вспышка радости: «Окей, не беспокойся».

Я был самым счастливым человеком на планете. Я попал в мир с плакатов. Хотел приклеить на стену и свое изображение. Надо же, я буду играть в одной команде с Роналдо, Баджо и Джоркаеффом, я, парень, который до сих пор ходит на матчи с черно-синим шарфом! Парень, которого руководители клуба вроде Сандро Маццолы в 16 лет пригласили на товарищескую игру в Эйндховене.

368b5574c2a09f2d578e72c4c4dc343b.jpg

Я много играл в первом сезоне на «Сан-Сиро». Летом хорошо поработал, и Джиджи Симони доверял мне: я начинал в стартовом составе и выходил на замену. Затем пришел Мирча Луческу, который предпочитал опытных игроков. Лучано Кастеллини мне нравился, а Рой Ходжсон не мог правильно произнести мою фамилию. Он называл меня Пирла, что на миланском диалекте обозначает «дол**еб». Но он, возможно, лучше других понял мою настоящую природу.

Моратти сменил за сезон четырех тренеров. В то время я начал страдать от мигрени и внезапной потери памяти: просыпался утром и не помнил, кто нас сегодня тренирует. Я улыбался в блаженном неведении, плохо понимал, что происходит. В следующем году пришел Липпи. Я отработал всю предсезонку, но тренер отвел меня в сторонку и проникновенно сказал: «Андреа, для твоего же блага ты должен поиграть в другом месте хотя бы сезон. Наберись опыта, обрасти мясом. Бьюсь от заклад, это пойдет тебе на пользу».

Я оказался в «Реджине», где многому научился. В частности, брать на себя ответственность, биться до конца и сражаться в грязи. К сезону-2000/01 я снова готовился с «Интером». Липпи все еще возглавлял команду, но продержался недолго – всего один матч. Я тогда не поехал в Реджо-ди-Калабрию из-за травмы. Послематчевая пресс-конференция Липпи вошла в историю: «Если бы я был президентом Моратти, я бы уволил тренера и дал бы футболистам хорошего пинка». Моратти согласился наполовину, а наши задницы остались целыми и невредимыми.

Я жалел, что он ушел, ведь мы находились на одной волне, прекрасно ладили, хотя мало друг друга знали. Липпи лишь раз глянул на меня, и я уже слепо верил ему. Работа с ним доставляла настоящее удовольствие. Вместо Липпи пришел Марко Тарделли, бывший тренер итальянской «молодежки». Мы с ним выиграли молодежное Евро, но, возможно, он не узнал меня. Он не ставил меня в состав, и я приуныл. Сотни раз я хотел сказать ему: «Засунь куда подальше свой прославленный рев2», но хорошее воспитание не позволяло.

Я больше не хотел работать под началом Тарделли и оставаться в «Интере». Для меня он убил «Интер», истощил мою безграничную любовь. Я хотел уйти и, как обычно, набрал номер Тинти: «Забери меня из этого дурдома. С «Интером», к счастью, покончено. Найди мне другой клуб. Любой».

Я ушел в «Брешию» в полугодичную аренду, после чего перебрался в «Милан» за 12 млрд лир3 и Андреса Гуглильминпьетро. Кто, по-вашему, выиграл от сделки? Я не люблю говорить о людях плохо, но правда в том, что Тарделли не дал мне ни единого шанса. Он до сих пор говорит, что держал меня на скамейке ради моего же блага, чтобы я не выдохся. Но его слова больше похожи на извинения. Когда он тренировал сборную U-21, то уверял, что будущее за молодежью.

Если бы Липпи остался, я бы рассказывал другую историю. Такую же историю рассказывает мне каждое лето человек под соседним пляжным зонтиком: «Андреа, если бы я мог вернуться в то время…» Я знаю, он бы приковал меня цепями к раздевалке в Аппиано Джентиле. Мой сосед на пляже – Массимо Моратти. Единственное, что меня огорчало, когда я покидал «Интер», – расставание с президентом Моратти. Это фантастический человек, именно такой, каким кажется в телерепортажах. Глава семейства, величественная фигура в невидимом мире, островок добра в море акул. Он пламенный болельщик «Интера», и страсть порой заставляет принимать ошибочные решения, и нельзя винить его за это. Если бы все президенты были такими!

Он делал все возможное, чтобы возвеличить клуб. «Интер» принадлежал его отцу Анджело. Они из династии поэтов, романтиков, людей с большим сердцем. Они побеждают достойно, и – что еще важнее – достойно проигрывают. Мне небезразлична его судьба, и я знаю, что это взаимно. При каждой встрече он делает мне тысячу комплиментов. Ценю их семью за искренность. Благодаря ему никогда не считал «Интер» врагом, хотя играл за «Милан» и «Ювентус». Моя карьера в «Интере» началась и закончилась не так, как я бы хотел.

0_127b41_353ede30_l.jpg

В периоды, когда я считал, что все катится к чертям, мои друзья дали хороший совет: «Если не знаешь, куда деваться, думай о том, что тебя расслабляет». Прекрасные слова. Если я оставался на скамейке или, еще хуже, на трибуне, я закрывал глаза на пару секунд и представлял, что мои голые ноги (без гетр, щитков и обуви) погружены в огромный деревянный бочонок. И я давил виноград, превращая ягоды в вино. Я возвращался в детство, когда собирал виноград на ферме бабушки Марии недалеко от Брешии. Я воевал с кожурой, стараясь сохранить сок. Это первая метафора, что приходит в голову, если нужно объяснить разницу между добром и злом или полезным и бесцельным. Все родственники собирались, чтобы давить виноград.

Возможно, благодаря тем веселым сборищам я до сих пор чувствую в себе силы и разбираюсь в определенных алкогольных напитках. Иногда после тренировки разжигаю камин и выпиваю бокал вина. В выходные надеваю спортивный костюм и бегаю по виноградникам. Там, где раньше стояла ферма, теперь находится Pratum Coller, бизнес моего отца. Он специализируется на красном, белом и розовом вине и чуть-чуть занимается игристыми.

У нас есть возможность экономить на дегустаторах: эту работу я беру на себя. Самый популярный аперитив в Брешии называется «Пирло»: игристое белое вино, ликер «Кампари» и тоник. Я начал пить его в «Интере». По крайней мере, так говорят люди.

Перевел Вячеслав Божко.

Примечания:

1 – Аппиано Джентиле – база «Интера».

2 – В финале чемпионата мира-1982 Марко Тарделли забил сборной Германии и побежал по полю с криками: «Гол! Гол!» Празднование получило название «рев Тарделли».

3 – Около 9,6 млн фунтов.

Предисловие

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Фото: sport.sky.it

Заметили ошибку в тексте? Выделите ее мышкой и нажмите CTRL + Enter. Спасибо!

Понравилась статья?

Проголосуй:
2
рейтинг
+1
-1

Комментарии

Зарегистрируйтесь для участия в рейтинге пользователей.

Лента новостей

6 декабря
5 декабря
Кто выиграет чемпионат России-2016/2017?