24 сентября, 2014 - 08:57

"У РФС спонсоров много. А как там тратят деньги - не знаю"

Петр Макаренко уже много лет возглавляет компанию «Телеспорт», а это название возникает всегда, когда речь идет о деньгах нашего футбола. Тема номер один последних месяцев – долги РФС перед Фабио Капелло. Мы решили обсудить ее с господином Макаренко

«МЫ – КОММЕРЧЕСКИЙ ПАРТНЕР»

– Петр Владимирович, для начала ликбез – чем занимается «Телеспорт», какие у вас отношения с РФС?

– С РФС у нас договорные отношения. Таких договоров у нас несколько. По ним и мы, и РФС берем на себя определенные обязательства. РФС обладает рядом коммерческих прав – это маркетинговые права, реализация рекламных возможностей, привлечение спонсоров, реализация телевизионных прав. Весь этот комплекс реализует компания «Телеспорт». РФС сам этим не занимается. Мы коммерческий партнер РФС, такие партнеры имеются у всех крупных федераций – ФИФА, УЕФА.

– В основном речь идет о правах на использование бренда сборной России?

– Не совсем так. Это всего лишь одна маленькая часть. Основная часть – привлечение спонсоров и рекламодателей на матчи. И на стадионы, и на телевидение, где эта реклама и появляется.

– Вы можете назвать вашу деятельность успешной?

– Могу точно сказать, что РФС – самая успешная среди всех отечественных федераций, причем она успешнее всех в разы. По работе со спонсорами, рекламодателями, по тем деньгам, которые привлекаются. Одна из лучших в мире, если не лучшая. И это не имеет прямой связи с результатом сборной России.

– А с чем есть прямая связь?

– Маркетинг – это совершенно другая история. У нас все договоры, как правило, долгосрочные. Мы не заключаем договор на полтора часа, на матч. Минимальный срок – на цикл. Либо европейский, либо мировой. И, как правило, компании, которые понимают, что аудитория футбола – это их аудитория, предпочитают заходить вдолгую.
Например, контракт с "Адидас" у нас на 10 лет. Там тоже огорчаются падениям команды и радуются взлетам, но долгосрочной стратегии не меняют. Компания «Фольксваген» со сборной тоже много лет, «Кока-кола» – очень долго. Они все оценивают футбол как явление, которое привлекает определенную аудиторию. Если они видят, что это во многом совпадает с той аудиторией, на которую рассчитан их контент, то они приходят и работают. Привлечь спонсора – целая история. Обычно это требует от шести месяцев работы до полутора лет в отдельных случаях. Рассказы, объяснения, убеждения, цифры, демонстрация международного опыта… Это очень большая, долгая, нудная, малоинтересная для постороннего человека работа.

– Спонсоров – ограниченное количество?

– Разумеется, точно так же, как у ФИФА и УЕФА, у Лиги чемпионов – везде это количество ограниченно. Есть более крупные спонсоры, есть чуть менее крупные. При этом мы придерживаемся четкой политики, что этот партнер должен быть эксклюзивен в своей товарной категории. Не может быть двух производителей разных автомобилей, трех производителей напитков.
На мужчин ориентировано в разы меньше рекламодателей, чем на женщин. А любая компания ищет аудиторию, которая является потребителем их продукта. Если их аудитория стоит возле забора, значит, они напишут на заборе. Если живет в этом доме, значит, они в подъезде, в лифте нацарапают на стене свой слоган. Если их аудитория смотрит программу для женщин, они идут туда. А если они понимают, что их аудитория смотрит футбол, то они идут в футбол. Да, они за это платят деньги.

«КОНТРАКТ КАПЕЛЛО – НЕ ПРОБЛЕМА»

– И эти деньги идут на развитие российского футбола?

– Это находится за пределами нашей компетенции. Мы заключаем договоы со спонсорами. Мы выполняем по этим договорам большой объем работы. Деньги отправляются в РФС. С этого момента мы про судьбу этих денег не знаем. Но еще раз скажу: РФС – одна из самых успешных футбольных ассоциаций в мире.

– Тогда финансовые проблемы, возникающие у РФС, не имеют прямого объяснения.

– Иногда в Интернете, в прессе я встречаю информацию о какой-то финансовой блокаде РФС. Причем пишут это люди, ни черта в этом не понимающие. Я не могу открывать цифры, но могу назвать компании. Это огромные международные, транснациональные гиганты: «Адидас», «Кока-кола», «Фольксваген». Это государственные компании – «Аэрофлот», РЖД, «Внешэкономбанк». Крупные компании: «Мегафон», НОВАТЭК. Вопрос ближайших недель – заключение контракта с пивным партнером. Вы спрашиваете, куда идут деньги? Я могу только руками развести. Доход РФС от этого вида деятельности растет год от года, причем широкими шагами.

– После ваших слов создается впечатление, что нанять и содержать самого дорогого тренера мира для РФС – плевое дело…

– Конечно. Никакой проблемы зарплата тренера в себе не несет. Если бы она составляла 70% дохода РФС, это была бы трагедия. 20% – это был бы просто неумный шаг. А она не представляет большой проблемы для РФС. При этом нынешний тренер благодаря условиям контракта обходится процентов на 30 дешевле, нежели предыдущий (Дик Адвокат. – Прим. ред.). Потому что он основную часть времени проживает в России, а значит, налоговая составляющая в разы меньше, нежели с его коллегой.

– Вы хотите сказать, что налоги за наших тренеров платит РФС?

– Зарплата выплачивается «чистыми». А разница в налогах между нашими 13% и голландскими 52% существенная. Нынешний тренер обходится дешевле, чем предыдущий, а доходы сейчас выше, чем во времена предыдущего тренера.

– От руководителей РФС звучат намеки на то, что им кто-то эти деньги не дает.

– У меня ни перед кем, кроме своей семьи, нет обязательств давать деньги. У нас есть контракты. Там все написано. Я работаю по контрактам. Мы же в том числе занимаемся организацией товарищеских матчей. Зачастую для нас это убыточное занятие. Но убытки эти несем мы, а не РФС. Матч проводится, результат есть, игроки премиальные за товарищеские матчи получают. РФС не тратит на это ни копейки.

– А кто решает, с кем играть? Тренер?

– Тренер определяет соперников. Если бы соперника определял я, я бы играл каждую среду с Бразилией, Германией или Испанией. Товарищеских матчей определенное количество, у тренера есть свои соображения, с кем он хочет играть, какого уровня должна быть команда, в России это должно быть или за ее пределами, какая климатическая зона и так далее. Мы с ним садимся, обсуждаем, намечаем три-четыре варианта. И дальше начинаем вести переговоры. Но конечное слово практически всегда за тренером. Так было со всеми предыдущими наставниками. Дальше уже наше дело – сумели мы на этом матче заработать или нет.

– Матчи с командами уровня Аргентины обходятся слишком дорого?

– Чем лучше команда, чем популярнее соперник, тем выше шансы на заработок. Не важно, что затраты становятся значительно выше. Тут и возможности открываются другого рода. Для нас интересно организовывать матчи с командами топ-уровня. В Лондоне мы организовали игру с Бразилией. Нам работать сложнее, чем в Англии или в Германии. Потому что там стоимость телевизионного времени принципиально иная, доходность от стадиона принципиально иная. Даже если у нас придет 30 тысяч на товарищеский матч, то в Германии или Англии придут 60 тысяч. А стоимость билета отличается в три-четыре раза. Там, даже если команда играет со слабым соперником, доход значительно выше, чем у нас. Ни в одном из своих самых успешных матчей по выручке от билетов мы не могли и близко подобраться ни к англичанам, ни к немцам по их средневзвешенной доходности от проведения товарищеской игры.

«ФУТБОЛ ХОРОШ КОНСЕРВАТИЗМОМ»

– То есть даже если бы в июле Россия выиграла чемпионат мира, с точки зрения бизнеса мало бы что поменялось?

– Это, конечно, не так. Всегда, когда сборная не попадает на какой-то большой форум или попадает, но играет там не так, как хотелось бы, внимание на какой-то момент снижается. Мы это наблюдаем на протяжении 20 лет. Потом начинает подрастать обратно. Чем выше результат, тем больше интерес. У нас был сумасшедший дом на матчах с Германией, с Англией. По 500–600 тысяч заявок в "Лужники" на билеты! И цены для того времени были очень высокие. А на виповские места и вовсе запредельные. Но спрос был.
Для нашего футбола то, что у нас пройдет чемпионат мира, – подарок, счастье. Это может обеспечить качественный скачок.

– Насколько реальна угроза, что у нас могут отобрать ЧМ-2018?

– Это же не футбольная история. Мы не можем предвидеть, как будет развиваться ситуация. В принципе ФИФА – не политизированная организация. На сегодня я бы не опасался такого решения.

– Введение санкций как-то отразилось на политике ваших зарубежных партнеров?

– Пока это никак не повлияло. И пока у нас нет никаких сигналов, что может повлиять. Дальше будем смотреть. Это уже вопрос большой геополитики.

– Вы же работаете не только с РФС. Почему все остальные виды спорта так сильно отстали в коммерческом отношении?

– Футбол – это футбол. Посмотрите цифры совокупного просмотра чемпионата мира и забудьте про все остальное. 14 миллиардов! Финал Лиги чемпионов смотрят под 2 миллиарда человек одновременно во всем мире. Остальные виды спорта в этом смысле проигрывают.

– Только если это не Олимпийские игры?

– Олимпиада – это совокупность десятков видов спорта. Но даже они не дают аудитории, сопоставимой с чемпионатом мира по футболу.

– В Америке успешно эксплуатируют баскетбол, хоккей, американский футбол…

– Американцы все строят как бизнес. В Европе все строится как спорт. Но при этом основные большие футбольные клубы успешны в бизнесе. Потому что они развивают разные источники дохода. У нас большинство этих источников просто отсутствует. Да, РФС суперуспешен в работе со спонсорами и рекламодателями, но неуспешен с точки зрения доходов от продажи билетов, то же самое с мерчендайзингом, с телевизионными правами. А у крупных европейских клубов и федераций доходы примерно так распределяются: 30–35% – живые люди, которые приносят деньги, и примерно столько же дают телевизионные права. У нас эти два фактора очень слабо развиты. Если для них спонсоры, рекламодатели – процентов 10–12 дохода, то в случае с РФС – все 80%.

– То, что спорт в Америке – бизнес, а в Европе все же спорт, – уже не изменить?

– Это разные принципы построения процесса. Лига чемпионов наиболее близка к бизнесу, к хорошему результату, доходности. И чемпионаты мира, Европы тоже. Это супердоходные мероприятия. В этом большая заслуга Блаттера – он внес огромный вклад в коммерциализацию и рост доходности футбола. Но всегда во главе угла был спорт.

– Что вы думаете по поводу фильма про ФИФА «Лига мечты»?

– Это кино. Из той же серии, что и "Чудо на льду". Хорошо, что они умеют так делать. Плохо, что мы так не умеем. Мне бы хотелось, например, чтобы появился фильм про Сочи. Фильм о том, каким образом был достигнут огромный успех.

– Даже интересно, кто сыграет Мутко.

– Не знаю. Но шикарный финал – это 50‑километровая лыжная гонка, три наших парня на пьедестале, три поднимающихся флага. Классический американский хеппи-энд. Только в данном случае наш, достигнутый нашими силами.

«ПРИ МУТКО БЮДЖЕТ БЫЛ МЕНЬШЕ»

– Силами государства. И наши футбольные клубы существуют за счет государства. Это нормальная практика?

– У нас достаточно и частных клубов. ЦСКА – отличный пример. «Краснодар», «Спартак», в известной степени «Динамо», «Кубань». В качестве обратных примеров – «Зенит», «Локомотив», все клубы ФНЛ. Есть успешные частные клубы. А РФС – это просто пример коммерческого успеха. Все было заложено еще до Мутко. Эта организация финансируется не государственными деньгами. У Колоскова был просто смешной бюджет, не было государственной поддержки. Мутко добавил этой ситуации серьезного драйва. Спонсоров стало существенно больше, они пришли уже с другими деньгами. Он сам много с ними общался. И сыграл большую роль в привлечении отдельных спонсоров на других условиях. При нем бюджет просто скакнул. РФС с тех пор существует на коммерческие деньги. Тут нет государственных средств.

– Возвращаясь к вопросу о контракте Капелло – непонятно, почему нельзя ему заплатить?

– Не могу ответить на этот вопрос. Я знаю доходную часть РФС, и то не всю. Я не знаю, как строится бюджет РФС. Объемы доходов РФС мы приблизительно представляем. Должно хватать – совершенно очевидно. У Мутко был бюджет почти в два раза меньше при тех же затратах.

– Был разговор о долгах, которые достались РФС от предыдущего руководства.

– Если вам оставили долг и вы с ним живете, но все остальное у вас отлично – это одна история. Если этот долг уменьшается потихонечку – другая. А вот если он растет существенным образом – это уже третья история. В РФС достаточно людей, которые в этом разбираются. У них есть исполком, финансовый комитет, которые все понимают в экономике футбола. Это общественная организация, они должны это оценивать. А я уж точно не имею никакого отношения к зарплате Капелло. Мы переводим в РФС деньги. Дальше они вольны делать с ними все, что угодно.

– Вы готовы подтвердить теорию, что все спонсоры в России распределяются на государственном уровне?

– К РФС это точно не имеет никакого отношения. Практически все спонсоры РФС пришли, потому что это интересно им самим. Согласие есть продукт непротивления сторон.

Заметили ошибку в тексте? Выделите ее мышкой и нажмите CTRL + Enter. Спасибо!

Автор: FootballTop.ru

Bookmark and Share

Понравилась статья?

Проголосуй:
0
рейтинг
+1
-1

Комментарии

Зарегистрируйтесь для участия в рейтинге пользователей.

Лента новостей

8 декабря
Кто выиграет чемпионат России-2016/2017?