1 октября, 2014 - 09:59

Сигнал тревоги почти не слышен

Поиски решения социальных проблем заметны лишь тогда, когда слышны отправляемые в общество сигналы.

Barclays Center, в котором играет баскетбольный клуб «Бруклин Нетс» Михаила Прохорова, ежегодно тратит колоссальные деньги на установление контакта с комьюнити Бруклина – проще говоря, с жителями окрестных районов, кварталов и прочих жилых массивов. Идет нудная, кропотливая, во многом ювелирная работа по завоеванию доверия бруклинцев, которая в конечном счете должна привести к финальному, с точки зрения бизнеса, действу – обмену продуктами. Barclays Center предоставит людям зрелище, и если оно им понравится, взамен они принесут на арену свои деньги и с удовольствием их потратят. А потом придут снова.

С московским «Торпедо», которое в этом году отпразднует 90-летие насыщенной истории, малолетку «Бруклин Нетс» роднят разве что черно-белые клубные цвета. «Торпедо» верит в свой путь и свою собственную бизнес-модель. Президент клуба Александр Тукманов в прошлом году вернул команду в премьер-лигу, куда возвращаться она оказалась не готова ни с футбольной, ни с инфраструктурной точек зрения. У всей страны «Торпедо» ассоциируется со стадионом имени Стрельцова, в районе «Автозаводской» каждая собака знает, что это такое, однако команда, тем не менее, играет в Раменском. Потому что для клуба это дешевле. Так стоит ли удивляться, что до Подмосковья добирается лишь жалкая часть потенциальных зрителей? Наверное, не стоит.

Продукт (раз уж пошел разговор в таких категориях), который «Торпедо» предлагает болельщикам, включает в себя, помимо автомобильных пробок либо тряски на подмосковной электричке туда-обратно, довольно угрюмый стадионный сервис, да 8-25 в качестве разницы забитых и пропущенных мячей после первых 9-ти туров чемпионата. Болельщикам скучновато, и они развлекают себя, как умеют. И как воспитаны.

Вот протокол фанатских развлечений в матче 8-го тура против «Динамо», заботливо подготовленный КДК РФС: «От стартового свистка до конца встречи на трибуне не прекращались нарушения: зажжение фаеров, дымовых шашек, скандирование нецензурных и оскорбительных выражений в адрес соперника, руководства клуба и судей. По рапорту делегата, на протяжении всего первого тайма звучало “уханье” в адрес футболиста “Динамо” Кристофера Самба». Темнокожего, заметьте, футболиста, отказавшегося выходить на второй тайм и играть в присутствии этих людей в футбол.

Наказание, наложенное КДК за публичное проявление бытового, первобытного расизма, – один домашний матч с закрытой фанатской трибуной. То есть, виноваты не расисты, которые там сидели и в следующей домашней игре с «Кубанью» будут ухать из другого сектора, а сама трибуна с нехорошей аурой, которую не мешало бы как следует проветрить. Ну что ж, это версия богатая.

Президент «Торпедо» после матча заявил, что уханья вообще не слышал (мат слышал – уже слава богу). В России к избирательному слуху у руководителей клубов все давно привыкли: весь стадион, футболисты, инспекторы матчей, сотни тысяч телезрителей слышат, а президент – нет. Понять такую позицию можно: слышат все, а отвечать ему одному. Но понять – не значит принять. И не значит равнодушно наблюдать, опустив усы в тарелку с кислой капустой.

Нехорошая аура оказалась и у фанатской трибуны новенькой «Казань-Арены», которую в понедельник во время матча «Рубина» и того же «Торпедо» всласть погромили местные фанаты. «Это вопиющее событие, – заявил в связи со скандальным происшествием генеральный директор АНО “Исполнительная дирекция спортивных проектов” Татарстана Азат Кадыров в интервью агентству Р-Спорт. – И чего не хватает этим людям, у которых такие шикарные условия, к которым лояльно относятся службы безопасности?»

После чего Кадыров заверил, что подобные инциденты будут учтены при подготовке к чемпионату по водным видам спорта. Ну да, это важно. Даже страшно становится, как представишь, что во время заплыва с участием, к примеру, Майкла Фелпса жгут файеры и кресла. Этого нельзя допустить!

На самом деле в Казани все пройдет по известному сценарию. Клуб оштрафуют – это точно. Возможно, хотя в этом есть сомнения, на одном из матчей будет пустовать фанатская трибуна. На этом все. Истинные виновные наказаны.

У нас сейчас как-то не принято кивать на США, но в данном случае – стоило бы, потому что всплывающие в американском профессиональном спорте социальные проблемы порой выводятся под прицел широкой общественности. Так, история с избиением игроком НФЛ (лиги американского футбола) Рэем Райсом своей жены в лифте казино Атлантик-Сити с самого начала подавалась не как частный семейный конфликт, а как общенациональная проблема бытового насилия, весьма актуальная в США. Раз так, Барак Обама не поленился лично отправить в общество вполне конкретный сигнал, назвав поведение Райса «недостойным настоящего мужчины».

История эта еще отнюдь не закончена, однако она уже привела к тому, что могущественную НФЛ с ежегодной прибылью в 6 миллиардов долларов приперли к стенке и вынудили официально пересмотреть внутреннюю политику по отношению к домашнему насилию, допускаемому ее игроками и тренерами: от порицания – к полной нетерпимости. Более того, все идет к тому, что очень скоро о введении аналогичной политики объявят НБА и НХЛ – потому что если не объявят, как они тогда будут смотреться в глазах общества?

Вместо того чтобы дисквалифицировать на два уикэнда лифт, в котором Райс отправлял жену в глубокий нокаут, НФЛ отлучила игрока от футбола на неопределенный срок. Оказался ли Райс, несмотря на свое скотское поведение, в этой истории козлом отпущения? Пожалуй. Стоит ли его карьера в НФЛ тысяч предотвращенных по всей стране фингалов под глазами и разводов? Совершенно точно, стоит.

Гибель гонщика Nascar Кевина Уорда, которого в начале августа переехал прямо на трассе другой гонщик Тони Стюарт, в прошлый четверг была объявлена несчастным случаем, хотя многим показалось, что Стюарт наехал на бежавшего ему навстречу с кулаками соперника умышленно. Спустя неделю после трагедии Nascar изменила правила: спортсменам теперь запрещено покидать машину после схода с дистанции. Nascar больше не хочет, чтобы одни ее гонщики переезжали других в прямом эфире – и принимает меры.

Не далее, как в тот же четверг МОК объявил, что в контракты с городами, проводящими Олимпийские игры, будет, начиная с 2022 года, включен пункт о недопустимости дискриминации в отношении стран и индивидуумов. Совершенно очевидно, что это прямой ответ на принятый в России перед Играми в Сочи закон о запрете пропаганды нетрадиционных сексуальных отношений среди детей, который, правда, был так скверно информационно сопровожден, что «пропаганду», как и «детей», все отбросили в сторону, и осталось то, за что МОК окунули с головой в жирный бульон мощнейшей критики. МОК не желает ассоциировать собственный бренд с какой бы то ни было дискриминацией, и не хочет быть критикуемым – и тоже принимает меры.

Поиски решения социальных проблем заметны лишь тогда, когда слышны отправляемые в общество сигналы. То, что расизм – это вопрос не только фанатского сектора «Торпедо» на стадионе в Раменском и обсуждать его нужно не на заседаниях органа из трех букв в заголовке, а на значительно более высоком уровне, очевидно каждому.

Но сигналов нет. Если вы наберете в интернет-поисковике «руководители Российской Федерации о расизме», то вряд ли отыщете хоть одно публичное выступление какого-нибудь крупного государственного чиновника, в котором была бы выражена позиция государства по этому вопросу, понятная любому гражданину. Как и отношение к вандализму – отнюдь не только на трибунах.

Ну а раз проблемы не сформулированы, то и обсуждать нечего. С кем там играть «Торпедо» в тот день, когда их фанатский сектор снова «заговорит»?

Заметили ошибку в тексте? Выделите ее мышкой и нажмите CTRL + Enter. Спасибо!

Автор: FootballTop.ru

Bookmark and Share

Понравилась статья?

Проголосуй:
0
рейтинг
+1
-1

Комментарии

Зарегистрируйтесь для участия в рейтинге пользователей.

Лента новостей

18 января
17 января
Лучший футболист мира?