20 декабря, 2014 - 14:54

Роман Санжар: В дубле "Шахтера" и в "Олимпике" всегда был капитаном

Интервью раскрывает тему становления Романа Санжара как тренера.

Место встречи — одно из кафе на Позняках в Киеве — именно в этом районе главный тренер Олимпика арендует квартиру в столице. Разговор начался без диктофона: «Роман Николаевич, вам не надоели мы, журналисты? Насколько я знаю, вы никогда не отказываете в интервью, и я сомневаюсь, что вам всегда приносит удовольствие общение со СМИ». Ответ был примерно таким: «Считал и всегда буду считать, что это — часть моей работы. Это нормально, и я не понимаю, как может быть иначе». Во времена, когда за некоторыми тренерами клубов Премьер-лиги нужно реально бегать неделями, чтобы сделать интервью, а в итоге они отключают телефоны и придумывают каждый раз новые причины, лишь бы не отвечать, возможно, на неудобные вопросы, слышать это было приятно. Итак, зеленый чай, диктофон, четыре листка вопросов. Поехали!

- Олимпик, как клуб, развивался все эти годы очень планомерно и правильно: обзавелся классной академией, инфраструктурой, затем прошел все лиги украинского футбола. Вас не настораживает, что сейчас команда прыгнула выше головы и очень серьезно перегнала развитие клуба?

— Да нет. Даже наоборот. Я считаю, что это нормально. Может быть, мы своими результатами тоже мотивируем президента клуба, который работает вместе с нами. В процессе и он ведь загорается. Он видит, что у команды получается, и я уверен, что он ставит перед собой, как владельцем клуба, определенные задачи и цели, пытается к ним идти.

- Падать в турнирном плане придется рано или поздно — вопрос только в том, когда и на сколько низко. Согласны?

— Не хотелось бы с вами соглашаться. Но у нас очень сильные конкуренты, у которых ровные, сбалансированные команды. И, наверное, у них тоже есть амбиции, поэтому соперники захотят побороться за зону еврокубков. Нам будет очень тяжело — это факт. Но знать, что мы упадем и думать об этом, мне бы не хотелось.

- Но если вы скажете, что внутри вашего клуба все уверены в том, что Олимпик теперь из года в год будет бороться за зону Лиги Европы, я не поверю.

— А вот в это верить как раз хочется! Хочется думать об этом и настраивать себя на позитив. Но в футболе всегда очень тяжело показывать стабильный и ровный результат. Наверное, будут и взлеты, и падения. Ну а то, сможем ли мы бороться за зону еврокубков, покажет вторая часть чемпионата. Если сможем не проваливаться (а мы сыграли четыре отвратительных матча, в которых крупно проиграли), можем зацепиться за шанс. Но нам еще не хватает класса на равных играть с лидерами чемпионата, нужно еще подтягиваться. Если же сможем правильно усилиться и подготовиться зимой, то в таком случае поборемся за зону Лиги Европы. Будет ли так всегда, из года в год, — этого не знает никто.

- Я вот когда ставлю себя мысленно на место президента условного донецкого Металлурга, или, например, Говерлы, то, глядя на Олимпик, я бы обязательно задался риторическим и рекламным вопросом: «Зачем платить больше?» Зарплаты ваших футболистов в разы ниже, чем у других клубах, а результат…

— Наверное, это психология. То, что ребята хотят зарабатывать больше, и то, что они этого достойны — не секрет. Я постоянно говорю им о том, что только их игра на поле может им помочь в этом вопросе. Они должны выжать максимум из того времени, пока они находятся на футбольном поле и в большом футболе вообще. Возможно, повышенная мотивация и привела Олимпик к такому результату. А как к этому относятся президенты клубов, которые являются намного богаче нас, я, честно говоря, не знаю. Тут уж им думать, а не мне.

- В то же время, ваш президент пытается найти деньги, чтобы повысить зарплаты игрокам. Как вы к этому относитесь, если учесть, что результат есть и так?

— Считаю, если у президента будет возможность, то я заинтересован в том, чтобы наши ребята зарабатывали как можно больше. Но, опять-таки, это тоже определенное испытание. Когда ты стремишься к чему-либо — ты максимально сконцентрирован, мобилизован, старателен. Но не исключено, что кто-то, получив серьезные деньги, может подумать, мол, жизнь удалась. В таком случае он, конечно, очень скоро лишится этих зарплат, но команда может пострадать.

- Сейчас все футболисты получают одинаковые суммы или контракты индивидуальны?

— Система такая, что футболисты, играющие в основном составе, получают одинаково. У ребят, которые не попадают в основу, условия немного хуже. То есть если футболист попадает в состав — он получает наравне с остальными игроками основы, не попал — получает меньше. Разница небольшая, но определенный стимул у футболистов появляется. В то же время нужно сказать о том, что наш президент всегда старается делать как можно больше для команды. Например, премиальные он выплачивал и после ничьих, и даже после поражений.

- Вы никогда не замечали в глазах свои игроков-дебютантов Премьер-лиги, как вот, например, Драченко, Дорошенко или других парней, реальный страх перед матчами с грандами: «Босс, а как нам играть? Они же миллионеры? У него бутсы дороже, чем мой контракт».

— Если футболист будет рассуждать так, как вы говорите, он никогда в жизни не добьется высоких результатов. Такой спортсмен — слабый духом и амбициями. И если я в глазах своих игроков увижу страх — я потеряю интерес к этим людям, и у меня не будет желания с ними работать. Да, такой футболист может быть хорошим парнем, но он никогда не даст результат. Футболисты не должны считать себя хуже кого-то. Как нужно мыслить, глядя на грандов: «Просто обстоятельства сложились так, что сегодня мы здесь, а кто-то — выше». А страх и робость мешать будут всегда. Потому что изначально загнать себя…. А как же потом биться и доказывать, что ты сильнее? Да, определенный мандраж присутствует — играя на больших стадионах, с Динамо, Днепром, в Одессе — эта атмосфера и энергетика давит. Но профессионал должен справиться с эмоциями.

- Ваши футболисты не боялись Шахтера (0:5) и Днепра (0:5)?

— У них однозначно был мандраж, но слово «страх» — не совсем уместно. Была, скорее, неуверенность. Но, опять же, Заря ведь обыграла Шахтер? Обыграла. Донецкий Металлург обыграл? Обыграл? А Олимпик обыграл и Зарю, и Металлург! То есть команд, которые невозможно обыграть, не существует. Есть только команды, которые обыграть очень-очень сложно. И для этого ты должен сделать все, что от тебя зависит — правильно подготовиться в пределах своих физических и тактических возможностей. Да, все мы — адекватные люди. Все понимают, что мы слабее по классу таких команд, как Шахтер или Днепр. Но ничего страшного — нужно сыграть на все сто процентов, а соперник, как вот, например, Динамо, может сыграть хуже своих возможностей. А то, что очки в матчах с такими соперниками всегда добавляют уверенности, только заставляет меня еще больше верить в то, что Олимпик готов отбирать очки и у грандов.

- У вас за плечами нет выдающейся карьеры игрока, нет серьезного опыта на нынешней должности. Вы в себе-то не сомневались? Всегда ли ощущали, что у вас достаточно знаний, футбольного образования?

— Если говорить о моей карьере футболиста, то свои лучшие матчи я всегда проводил против сильных соперников. Мне всегда было легче так. Хотя никогда особо не настраивался на конкретных соперников. Я никогда и никого не боялся. Наверное, поэтому и в дубле Шахтера, и в Олимпике всегда был капитаном — ребята выбирали меня. Так что я в себе не сомневался. А насколько я грамотный в плане знаний, мне тяжело сказать, потому что это ведь надо сравнивать с кем-то или чем-то. Да и не мне судить. Об этом нужно спрашивать, например, у моих подопечных, футболистов Олимпика.

- Самые известные тренеры, с которыми вы работали, будучи игроком, это Семен Альтман времен донецкого Металлурга, Александр Ищенко — Кривбасса, Виктор Носов в Шахтере. Кого-то можете назвать своим футбольным учителем?

— Если говорить об Ищенко, то Алексеевич — хороший психолог, который умел настраивать футболистов на игру. То, когда он начинал разговаривать с футболистами перед матчем, и что именно он говорил — для себя я отметил определенные моменты, которые использую в своей работе. Тактически больше остальных я взял от Семена Альтмана. Что касается правильной игры команды в оборонительных действиях, я считаю, что многое почерпнул именно у него. Во всех нюансах командной игры в защите он разбирался на сто процентов. У Виктора Васильевича Носова я, например, почерпнул то, как он общается с коллективом, как он проводил установки, как обходился с ребятами. Конечно, я все делаю сейчас по-своему, но определенные сходства есть. Сказать, что я копировал что-то у кого-то, я не могу. Точно не копировал. Но мои мысли, которые выливаются в работу, по факту очень напоминают мне аналогичные действия своих тренеров во времена игровой карьеры.

- Олимпик в качестве контроле мяча, например, при развитии своих атак, выходе из защиты в атаку даже визуально выглядит сильнее многих команд Премьер-лиги, в то время, как от дебютантов, как правило, ждут более упрощенной игры. Этот нюанс отображает ваши тактические взгляды? Может, вас раздражало, когда вас тренеры заставляли играть в «бей-беги»?

— Такого, чтобы меня прямо раздражало, не было. Но, правда, были тренеры, которые требовали играть проще, бить вперед, контролировать подбор. Но их фамилии я называть не хочу.

- И футболистам это, как правило, не нравится.

— Да. Но сейчас, с позиции тренера, я хочу сказать, что на стадии начала атаки иногда и надо сыграть проще. Если не работает тактика мелкого-среднего паса, иногда полезно использовать длинную передачу, добавить настроения в борьбе, пойти активно в подбор, провести неожиданную атаку. Есть матчи, когда надо действовать так. Когда нас прижимают к своим воротам или соперник более высокого класса использует прессинг, я сам говорю ребятам, что мы от розыгрышей мяча у своих ворот ничего не добьемся. Естественно, я сейчас говорю об осознанных длинных передачах, а не выносах наобум.

- Можете вкратце сами охарактеризовать, как играет сейчас ваш Олимпик? Какие, увы, штампы позволите употреблять касаемо вашего Олимпика? «Быстрый, комбинационный футбол?» — нормально?

— Мы пытаемся играть в комбинационный и быстрый футбол, пытаемся иногда играть и на контратаках, иногда — первым номером. Другое дело, что у нас не всегда все это получается. На фоне наших соперников по Премьер-лиге, мы пока что не можем проявить то, над чем работаем. На самом деле, у нас много чего не получается. И если мы довольны сегодня турнирным положением команды, то качеством игры — далеко не всегда. Да и если не обобщать, то я недоволен и конкретными моментами, нюансами нашей игры.

- Чего же не хватало вам для полного счастья?

— Первое и самое главное — нам не хватает осознанных и синхронных действий в атаке, в завершающей стадии. Это и открывание, и своевременные передачи. Должны быть открывания не по прямой одного нападающего, а маневры накрест группы игроков, передачи в дальнюю ногу, которые не тормозили бы атак, и так далее. У нас во многих матчах было достаточно моментов для того, чтобы вывести партнера на голевую позицию, но в итоге получали то передачу в спину, то не тому футболисту вообще, либо же тому, но не своевременно. Признаюсь, у нас куча проблем в этих аспектах.

- Это все идет от уровня мастерства футболистов?

— Только на сегодняшний день. Сейчас этот уровень таков, но работа над ошибками позволит выйти на более качественный уровень. Если мы искореним в нашей игре вот такие ошибки — будет совсем другое качество атак, потому что мы чересчур много ошибаемся, из-за чего много сил тратим на отбор мяча. Зимой мы будем очень много работать над этими компонентами игры. Но справедливым также будет сказать, что дело не только в мастерстве футболистов. Наверное, причина еще и в том, что наш тренерский штаб еще не научился достаточно грамотно доносить игрокам наши мысли и требования. Мы, тренеры, тоже виноваты.

- Часто ли случалось в этом чемпионате, что после игры вы понимали, что ошиблись с составом по нескольким позициям, не угадали или не сделали вовремя замены, выбрали неправильную тактику и так дальше?

— Это случалось нечасто, но такие матчи были.

- Например?

— Отвратительная игра против Волыни. Если разобрать этот матч, то мы проиграли всю борьбу и мячи, как в штрафной площади соперника, так и в своей. Уже постфактум я понимал, что доволен остался игрой всего нескольких футболистов: Влада Огири, Димы Гришко, вот и все. Что нужно было сделать мне? Наверно, как и против Ворсклы, надо было выпустить с первых минут Алексея Дитятьева, выдвинуть Андрея Мищенко вперед, в опорную зону. И за счет этих высоких футболистов, которые могут навязать и выиграть борьбу, мы могли как-то поменять рисунок игры, добавить, как минимум, больше качества в обороне.

- Полтора-два года тому назад вы после побед Олимпика еще в качестве футболиста наверняка шли с командой пить пиво, травили друг друга на тренировках и вряд ли помышляли о настолько резком повороте в карьере. Сейчас ваше общение с футболистами ограничивается тренировочным и игровым процессом?

— С этим вообще нет никаких проблем. Я мог выпить бокал пива с ребятами, как тогда, так и сейчас. Мало что поменялось. Хотя меня просто по имени сейчас никто в команде не называет…

- И не бывает, что кто-нибудь просто ошибется по старой привычке?

— Бывает, кто-то забудет и обратится по имени: «Привет, Рома». Ну, бывает, и что? Это ничего не меняет. Вопрос не в этом. Вопрос в том, что на сегодняшний день мне президент доверил роль тренера, и на мне лежит большая ответственность. И ребята понимают, что я — их тренер, они — мои подчиненные. И эта дистанция есть в тренировочном процессе и непосредственно в работе вообще, когда мы говорим о принятии какого-либо решения. То есть этот момент никогда не обсуждался. Все сразу признали, что я — тренер. К тому же, при Игоре Петрове (бывший тренер Олимпика в первой лиге — прим. Ан.В.), когда определялся состав на игру, решения принимал главный тренер, но при этом Григорьевич практически никогда не ставил футболиста, не посоветовавшись со мной. То есть я в команде был играющим тренером уже давно, практически с момента своего прихода в клуб.

Поэтому дистанции между нами никогда не было, мы нормально сидели и разговаривали, как друзья. Но в то же время моя роль помощника тренера никогда не обсуждалась и нигде не прописывалась. А когда я стал главным, мне кажется, ребята наоборот восприняли это на «ура».

- Вы это чувствовали?

— Да. Это особенно было заметно по первой моей игре в новом официальном статусе. Мы тогда после трех поражений подряд выиграли у Гелиоса. Ребята сыграли на таких сумасшедших эмоциях, что не было слов. Мы вырвали такую игру, что я почувствовал: это — для меня. Почувствовал, что ребята уважают выбор президента и меня. Получается, ребята на деле показали свое отношение ко мне. Я в свою очередь дорожу этим отношением, и всегда стараюсь поступать по справедливости, честно. Если ты виноват — ты виноват. Не виноват — нет вопросов, придираться не стану.

- Часто бывает, что ваш футболист серьезно провинился?

— Бывает, конечно, как и во всех командах.

- Речь об опозданиях, загулах? Естественно, говорим без фамилий.

— Бывает, кто-то опоздал. Если честно, бывали и загулы… И через время это переносится на игру. Когда это случается, тогда у нас в любом случае состоится мужской разговор. Ребята это знают. Хотя я ни разу никого в команде не штрафовал.

- Почему?

— Я не считаю это нужным. А если уж дойду до такого шага, я разочаруюсь в этом человеке и просто уберу его из команды. Если я попросил по-человечески раз, а футболист меня не понял, и опять поступил по-свински, я почувствую, что мои слова не имеют никакого значения для этого человека, я больше не стану работать и общаться с ним ни минуты. Но в то же время, хоть я и требователен к этим вещам, я еще и требователен к себе. Футболист всегда может подойти ко мне и спросить: «Николаевич, почему здесь вот так-то, а здесь — так?» В этом плане я не выстраиваю дистанцию. Каждый может со мной поговорить. Нет величия. Мы обязаны быть друзьями.

- Во время тренировок вы всегда наблюдаете со стороны или принимаете участие в тренировках наравне со всеми?

— Не бывает такого, что я просто стою и смотрю со стороны. Всегда участвую в тренировках и живу этим. Если не занимаюсь сам, то контролирую все до мелочей. Как правило, я очень мало тренируюсь с ребятами, хотя, если честно, часто очень хочется.

- Вам проще наблюдать, чтобы сделать правильные выводы?

— Да. Хотя то, что я вижу со стороны, дает мне одну информацию, а вот когда одеваю манишку, и принимаю участие в упражнениях, я сразу же чувствую футболиста: кто сильный внутренне, или наоборот — слабый, кто занимается с охотой, ловлю волну сразу же. Поиграв с футболистами, мне легче сделать вывод о том, как именно сейчас чувствует себя игрок и как он настроен. Это информативней для тренера.

Анатолий Волков

Заметили ошибку в тексте? Выделите ее мышкой и нажмите CTRL + Enter. Спасибо!

Автор: FootballTop.ru

Bookmark and Share

Понравилась статья?

Проголосуй:
0
рейтинг
+1
-1

Комментарии

Зарегистрируйтесь для участия в рейтинге пользователей.

Лента новостей

18 декабря
Лучший футболист мира?