26 декабря, 2014 - 00:23

Ринат Билялетдинов: "Позвонил президент "Рубина". Я подумал - пранкер"

Встречу главный тренер «Рубина» назначил в манеже ЦСКА — он даже в отпуске не отключается от футбола.

На беговой дорожке мелькнул Игорь Тер-Ованесян, легенда из легенд. Раскланялись. Ринат Саярович пока не легенда — но еще год назад мало кто представлял, что это за тренер. Сегодня же и «Рубин» его играет разумно, и самому Билялетдинову почет и узнавание на всяком шагу.

***

Пришел он с мешочком. Словно Дед Мороз.

— Был у Гершковича в Объединении тренеров, попросил пакет, а он туда книжек наложил.

- Мы встревожены. Каких?

— Сан Саныч Кузнецов о тренировках юных футболистов. Итальянский сборник — автор, кажется, Саски…

- Сакки?

— Что я, Арриго Сакки не знаю?! Нет, другой. Еще книга Марка Туниса. В Канаде нынче живет.

- Вот вы и подсказали нам тему. Какая книжка за последнее время сильно помогла в работе?

— Шведа Эрикссона, который тренировал сборную Англии. Довольно откровенно рассказывает — как строить команду, как общаться со звездами. Читаю и карандашиком подчеркиваю важные места. Возьму с собой на сборы. Но сейчас мало что помню — в голове каша.

- Это почему?

— Агенты, игроки, диски, контракты, доллар, евро… Нам сбор пришлось перекраивать! Вместо Германии летим в Турцию. Только на перевозке багажа экономим 20 тысяч евро.

- Мы подслушали кусочек вашего телефонного разговора — ни с российскими, ни с украинским клубами на сборах играть не желаете. Отчего же?

— С украинскими — понятно. Береженого Бог бережет. Выйдет «западэнец» с чубом, что-нибудь вякнет — драка вспыхнет.

- В наших командах никого «с чубом» нет.

— Зачем на сборах надоедать друг другу? Да еще секреты раскрывать? Нам же играть с этими командами во второй части чемпионата.

- Знаменитая оперная певица Мария Гулегина выступала по всему миру. А в Большом дебютировала в 55 лет. Сказав: «Для меня Господь это оставил на сладкое». Вы свой приход в «Рубин» рассматриваете так же?

— Точно! Хоть про меня нельзя сказать — «пел везде». Честно говоря, когда впервые позвонил человек и представился Сорокиным, президентом «Рубина», я решил, что это пранкер. Вторая мысль — что офицер безопасности РФС. В трубке усмехнулись: «Нет, я другой Сорокин. Настоящий президент». Давайте проверим, отвечаю.

- Проверили?

— Договорились, что мне перезвонят, а встретимся в ресторане неподалеку от РФС. В тот момент я не верил. Но когда время спустя раздался звонок, уже знал: это действительно «Рубин». Не разводилово.

- Чувствуем, сталкивались вы с мошенниками.

— Желтые газеты научили — несколько лет пытались из меня что-то вытащить. Однажды их отшил, так стали звонить девичьи голоса. Представляться солидными изданиями: «Это моя первая работа, расскажите, пожалуйста…» Одной такой специально запустил полную чушь. Наутро всё появляется в самой желтой газетенке!

Вскоре опять звонит. Отвечаю — смените пластинку, мне с вами все ясно. Пискнула: «Ой!» — и повесила трубку. Дальше — веселее. Я приехал к Динияру в сборную, сели в холле. Вижу — какой-то рядом трется. Микрофон подбросил на спинку кресла. А я к фокусам готов: «Юноша, микрофон не вы потеряли?»

И в «Локомотиве» насмотрелся. В Баковке один на забор залез, фотографировал тренировку. Рахимов подошел: «Что вы мучаетесь? Спускайтесь, снимайте 15 минут» — «Нет, мне надо всю тренировку, задание». Позвали охрану, стряхнули его оттуда. Так в газете расписали, будто и руки ему заламывали, и машину блокировали. Какой-то Рамазан комментирует: «Да, теперича не то, что давеча…» Динияра полоскали.

- В Казань вас приглашали еще года три назад?

— Президентом клуба был Самаренкин. Предложил возглавить департамент молодежного развития «Рубина». Тогда все клубные решения в Казани проходили через главного тренера. Я сказал: «Вы должны согласовать мою кандидатуру с Бердыевым. У меня сомнения, что он одобрит».

- Почему?

— А вы не догадываетесь? Зачем в тылу потенциальный конкурент? Может, у самого Бердыева этих мыслей и не было — но кто-то со стороны непременно их бы подкидывал. Я знаю, как это происходит.

- Вы угадали — Курбан Бекиевич не согласился?

— Вопрос не дошел до обсуждения. Как раз начались открытые письма президенту республики, заявления агентов Торе, что из них вытягивают деньги… И Самаренкин покинул «Рубин».

* * *

- В чем стали сильнее за 2014-й?

— В плане уроков — год уникальный. Листаю свои старые конспекты — некоторые упражнения перечеркиваю крест на крест. Малоэффективны, требуют доработки. На бумаге расписано красиво. А на практике — хаос и бессмысленная беготня.

Тренировочный процесс выстраиваю теперь совсем иначе. Важный для меня момент — развитие силовых качеств. Перебор чреват потерей скорости. Если недоделал — считай, все впустую. Здесь тонкая грань — чтобы был ощутимый прирост силы, нужно всей командой на какой-то период забыть про мяч. Сейчас с Бондаренко, тренером по физподготовке, распишем сборы, кто с каким весом будет работать, а кто вообще обойдется без отягощений.

- По-человечески этот год вас изменил?

— Нет. Новых друзей не приобрел, зато старые живы. Каким был упрямым, таким и остался. Не подстраиваюсь. Где-то написали — мол, жестко критикую собственных игроков…

- Разве нет?

— Люди порой не улавливают шутливую интонацию. Ну неужели я мог говорить про устриц на полном серьезе? Заметку из наших газет перепечатали французы — там тем более шутку не поняли. М"Вила прочел, обиделся. А когда я рассказал, как было, — хохотал громче всех.

- Руководство ваш темперамент пыталось корректировать?

— Ни разу. Закрываться не собираюсь. Могу ронять казенные фразы — «нет», «без комментариев», «поживем — увидим». Кому это надо? Клубу? Вряд ли.

- По Девичу и Бурлаку резковато прошлись.

— После хотел кое-что убрать — но махнул рукой: оставляйте как есть! Я ведь правду сказал? Правду. Через прессу дал им последний шанс встрепенуться. А то даже в «Рубине-2» ничем не выделяются! Бегают для здоровья, зарплата капает. Тишь да гладь.

Пусть посмотрят на себя со стороны. Обидятся, закусят губу. Мне и не нужна их любовь. Нужен результат! Я использую все рычаги, чтоб до футболиста достучаться! Кто-то играет из любви к деньгам. Кто-то — из благодарности к тренеру, кто-то — из ненависти. Если их заведут мои слова — через пару лет спасибо скажут.

- Вы говорили — когда возглавили «Рубин», бросилось в глаза чемоданное настроение многих игроков. А еще что?

— Люди без эмоций, абсолютная апатия. Вялая походка — то ли из кровати в туалет, то ли из туалета в кровать. Это и не скрывалось.

- Откуда такое?

— Начитались в интернете. Наслушались разговоров. Любое упражнение поначалу воспринимали в штыки: «Зачем столько бегаем? Мы это не делали!» Не все, конечно, но процент немалый. Если таких «скрипящих» выгнать невозможно — надо отодвигать.

- Остались в «Рубине» те, кто тогда «скрипел»?

— Мне кажется, нет. Но я со стаканом не хожу, к двери не прикладываю, не подслушиваю…

- Роман Еременко входил в группу недовольных?

— Он был на своей волне. Дурака не валял, однако уже нацелился на уход из клуба — и доигрывал. Что работа вне поля с ним проводилась серьезная, я уверен.

- Агентом?

— Ну да. Рома старался, носился. Но не было вишенки на торте в его игре. За полгода — ни одного гола. А в ЦСКА забивает регулярно.

* * *

- В своем бывшем ассистенте Владимире Маминове разочаровались?

— Да нет… Может, у Маминова ко мне отношение поменялось? Желания его объяснимы — претендует на что-то высокое. Право на творчество есть всегда. Но не забывайте о субординации — если каждый будет делать свой мазок, получится не картина, а мазня. Команда тонко чувствует многоначалие. Расхолаживается в секунду. Дискуссии должны заканчиваться до поля. Если родилось желание спорить — дождись, когда останемся тет-а-тет. Или шепни на ухо.

- Владимир спорил прилюдно?

— Да, выражал несогласие с тем, что делал, к примеру, Бондаренко. Мне приходилось останавливать тренировку. Иногда Маминова не перебивал — но его разъяснения не совпадали с тем, что я за сутки до этого говорил на теоретическом занятии.

- В какой момент поняли, что пора прощаться?

— На тренировке позволил себе с доктором громко обсуждать то, чем они недовольны в рабочем процессе. Ребята слышали. Я повысил голос: «Делали, делаем и будем делать!» Тогда и подумал: зачем людей мучить?

- И доктора поменяли, и ассистента?

— Разумеется. Едва появилась информация, что Маминов из «Рубина» ушел, мне посыпались звонки, эсэмэски.

- Народ сам себя предлагал?

— Как правило. Либо просили за кого-то. А у меня сразу всплыли две кандидатуры — Дима Кузнецов и Коля Савичев. Но Коля — в «Торпедо». Для порядка записал фамилии всех, аргументировал, отдал список начальству. Вскоре его вернули — была подчеркнута фамилия Кузнецова.

- Почему?

— Клуб оставлял за собой право не объяснять причин: «Этот — нет!» Служба информирования в «Рубине» работает отлично. Выходит, что-то знали. Про меня была сказана фраза: «Вы доработали в футболе до такого возраста — и не замешаны ни в одном…» Как бы сформулировать… Коррупционном скандале, что ли? Не запятнал себя.

- Изумились, у скольких коллег неоднозначное прошлое?

— Забраковывая потенциальных ассистентов, кое-какие реплики случались: «А вот этого рассматривали на пост главного тренера…»

- По Кузнецову вопросов не было?

— Ни единого. Как и по Клейменову, тренеру вратарей.

- Бывший президент «Локомотива» Николай Наумов рассказывал нам, как впечатлился, когда ему впервые предложили «распилить». Помните свой «первый раз»?

— Это в дубле «Локомотива». Подкатили двое. Но «распил» — громко сказано. И на сучок не тянет.

- Тем занимательнее подробности.

— Просят: «Возьмите наших футболистов на сбор в Хосту. За каждого вам лично по 500 долларов». Если поедут на следующий сбор — столько же. Если с кем-то подписывается контракт хотя бы на год, мне платят 5 тысяч.

- Ну свозили бы в Хосту…

— Противно!

- Деньги вам не нужны?

— Я привык зарабатывать, а не воровать. Если б согласился — ко мне потянулась бы вереница таких же. У агентов это отлажено четко. Соберутся на футболе, поделятся друг с другом информацией. Еще кто-то и посредником выступит: «Я договорюсь, знаю цену вопроса».

- В Казани чем агенты удивляли?

— Пригласили игрока, тренируется. Внезапно звонок: «Мой футболист!» Парня до этого спрашивали: «Агент есть?» — «Нет», — «Вспомни, с кем-то бумаги подписывал?» — «Точно нет!» Как доходит до первых выплат — обязательно всплывет «человек ниоткуда». Посредник.

- Как быть?

— Отправляю к генеральному директору. Тот выясняет. Я ни трансферами, ни комиссионными не занимаюсь.

* * *

- У Бердыева расставание с «Рубином» было долгое и мучительное. Говорят, после увольнения какое-то время запирался в кабинете на базе, сидел один.

— Вполне возможно. Но я на базе не появлялся. Приехал на турецкий сбор. Когда в конце февраля прилетели в Казань, Бердыева уже не было. Впервые увиделись в Москве после чемпионата мира на встрече тренеров с Капелло.

- Обижен Бердыев?

— По-моему, нет. Поздоровались вежливо. А что обижаться? Знает же, что дело не во мне.

- Хуанде Рамос доброжелательно советовал что-то Слуцкому, передавая ЦСКА. Допустим, вам предложил бы помощь Бердыев — какие вопросы ему задали бы?

— Попросил бы успокоить ребят. Объявить, что массовых репрессий не будет, ничего подковерного, никаких интриг. Футболистов за собой группой не вожу.

- Вы заняли кабинет Бердыева?

— Другого там нет.

- Портрет Арсена Венгера он унес с собой?

— Наверное. Кабинет пустовал — лишь много-много гвоздиков на стенах. «А чего? Удобно! — усмехнулся администратор. — Если захотите что-нибудь повесить, молоток не нужен». Пока воздерживаюсь.

- Чей портрет вам хотелось бы иметь в своем кабинете?

— Тарасова. Смотрел «Легенду №17» — и узнавал Анатолия Владимировича. Жесты, интонации. Помню — тренировка в ЦСКА, кувырки. Кто-то тянется за резиновым ковриком — чтоб позвонки по полу не трещали. И голос Тарасова: «Молодой человек, вы испортили мне настроение!»

- Где ж вы пересеклись?

— В 1975-м его назначили главным тренером футбольного ЦСКА, а я в дубле был. Когда Тарасова представляли команде, всех собрали в актовом зале. Он шел как ледокол, за ним свита из полковников. Взлетел на трибуну. Пауза. Обвел глазами: «Ну что, мальчишки?! Нас ждут великие дела! Прорыв! Задача на сезон — тройка призеров и полуфинал Кубка!» Мы притихли. Не слабо, думаю, год назад ЦСКА финишировал 13-м. Тарасов спросил: «Где капитан команды?» Подошел Юра Чесноков. Тот приобнял: «Сынок, будем трудиться во славу армейского спорта! Вперед! К новым достижениям!»

Зимой дубль и основа провели несколько совместных тренировок. Тарасов повторял: «Хочу увидеть в деле полуфабрикатов». Человек сорок набивались в зал тяжелой атлетики. Теснота — не продохнуть!

А в сентябре мы выиграли юношеский чемпионат СССР. В решающем матче на выезде победили — 1:0 — киевское «Динамо». Утром вернулись в Москву. На вокзале говорят: «К 15.00 — на Песчанку. Игровую форму захватите. Будете фотографироваться с Анатолием Владимировичем».

Сидим, ждем. Вдруг ветерок пронесся — Тарасова еще нет, но мы понимаем: приехал! Заходит: «Встаньте, герои вчерашнего матча! Молодцы! Чувствуете, какое это сладкое слово — чемпион?!» Заканчивает неожиданно: «Теперь посмотрим в деле молодых чемпионов! Через полчаса — на поле!»

- Поворот.

— Да уж. Накануне отыграли тяжелейший матч, ночь в поезде. Шок усилился, когда увидели, что ждет круговая тренировка. Без мячей. Все поле заставлено блинами от штанги, барьерами, стойками. В центральном круге два стула для Тарасова. И рупор. Правда, после второй «станции» сжалился: «Достаточно!» До раздевалки доползли с трудом.

- Борис Копейкин и Владимир Федотов с ужасом отзывались о тренировках Тарасова.

— Перегруз действительно был приличный. Многие не выдерживали. Кто-то сердце посадил, кто-то спину сорвал, травм хватало. В футболе у Тарасова не получилось.

Но я о другом. Тарасов — это невероятная жажда победы! Аура! Ничего, кроме первого места! За Можай загонит, с потрохами сожрет, если не отдашь все до последней кап-ли ради победы!

- Позже встречались?

— Нет, к сожалению. Была б возможность — о многом бы его расспросил. Чем старше, тем чаще Тарасова вспоминаю.

* * *

- В конце 90-х вы тренировали команду МИФИ, за которую играл 15-летний Артем Ребров. Он как-то вскользь упомянул про побоище с мексиканцами. Где это было?

— На турнире в Харлеме. Пятьдесят с лишним команд, мы в группе с фаворитом — шведами, которых тащат в финал. Эти викинги здоровенные, всем назабивали столько, что в личной встрече нас устраивает исключительно победа.

Ведем 1:0, шведы прессуют. Ребров как идет на верховой мяч, ему непременно кто-то в спину воткнется. Но дотерпели, выиграли. Тут новость: «А шведы-то прошли». Оказалось, выкинули из параллельной группы другую шведскую команду — впихнули эту. Я взял слово: «Теперь наша задача — дойти до финала и еще раз их грохнуть. Дело чести!»

Ребята завелись. Обыграли — 6:0 Англию, на пути Мексика. По регламенту футболиста можно было удалять на пять минут — так мы в этом матче вообще в полном составе не играли. Один выходит — судья тут же другого выщелкивает.

- Проиграли?

— 0:2. У пацанов злые слезы, кулаки сжимают. А мексиканский вратарь не понял, что у нас за публика. Ударил кого-то со спины после матча. Издалека вижу — понеслось!

- Так-так.

— Он бежит, петляет — за ним один наш, второй, третий наперерез. Кто-то догнал — ка-а-к зарядил ему! Свара! Ору: «Назад!» Вроде успокоились — вратарь ситуацию недо-оценил, раньше времени вскочил. Опять ему навернули. От толпы удрал в закуток возле судейской, там спрятался. Кое-как я своих оттащил от дверей. Начальник делегации в панике: «Нас оштрафуют!» — «Что штрафовать — мы уже вылетели».

К вечеру являются парламентеры от Мексики — мол, ожидается дискотека: «Очень вас просим, без эксцессов». Я пообещал. Слышу шепот кого-то из наших: «На дискотеке не будет. А после дискотеки — будет!» Команда у нас была — палец в рот не клади. Мальчишки из Солнцева, Кожухова, Тушина…

- Кроме Реброва, кто-то в футбольные люди вышел?

— Динияр мой.

- Тоже участвовал в мордобое?

— Еще как! Младше на год, но несся в драку со всеми!

- Главное, викинги Реброву спину не сломали. Прекрасный вырос вратарь.

— Спину Реброву могли в Чертанове сломать. Шансов было больше. Получил цепью!

- От кого?

— 1998-й, чемпионат Москвы. В Чертанове обыграли местных. А у них мода была — футболистов гостей караулить на трамвайной остановке. Особенные счеты с «Красногвардейцем», но и «Спартак» отлупили. Я протокол подписываю в вагончике, мои пошли к манежу переодеваться. Вижу — махач! Реброву уже цепью по спине удружили!

Я чертановских ребят знал как облупленных, жил там. Подскочил: «Вы куда полезли?! Завтра всех к директору!» врассыпную…

- Последняя драка в вашей жизни?

— Лет 15 назад. Проводил младшего сына в школу и решил прогуляться в Битцевском парке. Ранняя весна, солнышко греет, настроение чудесное. На мостике через речку Чертановка сзади голос: «Дорогу!» Бежит бугай в спортивном костюме. Я посторонился, но он все равно поддал плечом. «Эй, осторожнее!» — «Чего?» Развернулся — и на меня с кулаками. Что дальше, трудно объяснить.

-???

— Внутренний голос подсказал, как поступить. Я не боксер — рукой бить не стал. Двинул ногой в грудь. Помню четко, как в замедленной съемке: человек перед носом — и вдруг удаляется. Оседает, с мостка переваливается через перила и падает в Чертановку. Сам не ожидал, что удар будет такой силы. Я спустился, мокнул еще разок. Бугай выдавил: «Откуда ты на мою голову?» Еле поднялся.

* * *

- Какой историей Динияр в детстве вас поразил?

— Неподалеку от нас был долгострой, пацаны там постоянно тусовались. Динияр с приятелями ванну сбросили с верхнего этажа. Всем скопом толкали. Одно слово — Чертаново.

- Никого не зашибли?

— А не надо под окнами ходить… После этой ванны петарду девочке в ноги кинет — так, мелочь. Что он, что братья искали приключения. А я потом на «скорой» возил их в травмпункт. Нас там уже как родных привечали. Динияру то руку зашивали, когда с качелей упал, то голову — на арматуру напоролся.

- Кошмар.

— Больше всего испугались за него в три годика — приступ ложного крупа. Мог задохнуться, если б жена не сориентировалась. Пока «скорую» ждали, засунула Динияру в рот палец, вытаскивала слизь. В больнице ему дали кислородную маску. Когда выписали, Аля еще не один год вскакивала ночью, прислушивалась, как дышит во сне. Чуть захрипит — сразу будила, процедуры. Слава богу, в бронхиальную астму не переросло.

- Что в «Спартаке» у сына пошло не так?

— Болезненная тема. Если коротко — всему виной тренировочный процесс. По разным причинам три предсезонки потерял. Сейчас у Петракова на сборах «физику» наберет. Нагрузки будут тяжеленные, но это Динияру на пользу.

Из «Эвертона» он сорвался ради чемпионата Европы-2012, хотя я советовал не торопиться: «Euro приходит и уходит. А в английскую лигу уже не позовут». Я был против любого российского клуба. В том числе «Локомотива». Изначально сын туда мечтал вернуться, но я знал, что Смородская его не возьмет.

- Почему?

— Потому что он из команды Семина. Динияр выбрал «Спартак». В итоге и на Euro не попал, и Англии себя лишил, и вообще без практики остался.

- Недавно он сказал в интервью, что главная проблема Валерия Карпина — заставлял себя бояться. И добавил: — «Считает, все должны перед ним лебезить…»

— Я с Карпиным не работал, но у меня нет оснований не верить сыну.

- Вас в «Рубине» тоже боятся?

— Может, и побаиваются. Но даже в кипящем состоянии не теряю контроля над собой. Ребята знают — по пустякам не придираюсь. Говорят, тихий голос лучше усваивается. Так это в задушевной беседе при свечах. А в коллективе — попробуй пошепчи. Получишь сброд анархистов. Оздоеву, Канунникову, Портнягину, Набиуллину от меня тоже крепко доставалось. Но, в отличие от Бурлака и Девича, выводы они сделали. Поэтому играют.

- Приходилось у собственного игрока просить прощения?

— Было. За гол от «Амкара» спустил полкана на Набиуллина. Посмотрев видеозапись, убедился — действовал он правильно. Тут же при команде извинился.

- Летом вы обмолвились, что в центре поля «Рубину» необходим игрок с бульдожьей хваткой. Через пару недель появился болгарин Георгиев. Справляется с ролью?

— Частично. Вот Камболов в последнем туре с «Мордовией» сыграл на этой позиции феноменально! Исполнение, движение, отбор, передачи — на высочайшем уровне. Рубка была лютая, его по ногам нещадно били, он кому-то воткнул, дали желтую. 90 минут для соперника — как кость в горле!

- Зато матч первого круга с «Мордовией» пропустил Владимир Дядюн. Вы произнесли загадочную фразу: «Травма бытовая, интересная. В моей практике таких не было…»

— Вова неудачно позавтракал. Потянул на себя горячую чашку кофе и… Сами додумайте, какое место ошпарил.

- Гекденизу в январе 35, Навасу — в феврале. Долго еще протянут?

— Многое от них зависит. Тут не угадаешь. Вон, Клозе в 36 стал чемпионом мира. Но рубеж — 33. С этого возраста организм способен сдать в одно мгновение. То всплеск, то два-три матча — никакой. Плюс травмы. Чем старше, тем сложнее восстанавливаться даже после мелких ушибов. Вижу это на примере и Наваса, и Гекдениза.

* * *

- Хоть раз почувствовали, что в «Рубине» на грани отставки?

— В прошлом сезоне были такие мысли после трех поражений подряд. Сначала с «Ростовом» зевнули две контратаки — 1:2. В Питере Рондон выдал матч жизни. Ни до ни после такой игры у него не видел. 2:6. Затем дома с «Кубанью» — 0:2, хотя установили рекорд сезона по количеству ударов.

- Сколько?

— 29, из них 15 в створ. Каждые три минуты удар. Беленов тащил все! Самое удивительное, именно тогда меня впервые поддержали болельщики «Рубина». На стадионе попросили подойти поговорить. «Видим, команда бьется, играет…» И в следующем туре победили «Спартак».

- До «Кубани» наслушались всякого?

— «Рубин» при мне еще ни минуты не сыграл, а кучка фанатов уже скандировала: «Убирайся!» Причем срежиссировано было, как у нищих в метро.

- То есть?

— Замечали, что никогда два нищих одновременно в вагон не зайдут? Все расписано. И здесь — не кричали в разнобой, строго по очереди. В интернете тоже вал негатива. Ползает какой-то ник, поливает меня, руководство: «Когда из цирка выгонят клоуна?» Все в таком духе.

- Зачем это читаете?

— Как-то принесли, ознакомился. Больше не читал. А про автора подумал: «Боже, сколько желчи, злобы! Это же съедает изнутри. Заработаешь онкологию и будешь удивляться — откуда?» Она в каждом сидит, а такие вещи ее только ускоряют.

- После неудачных попыток в «Анжи» и «Тереке» вашему другу Юрию Красножану от футболистов достается: «Тренировки архаичные… Система подготовки устарела…» Найдется, что возразить?

— Подобные фразы — признак убогого воспитания. Вспомнилась история. Рассказал переводчик, который сопровождал на Балканах группу специалистов из бывшей союзной республики. Лицензирование, для них устроили показательную тренировку. Проводил ее с местными футболистами в проливной дождь человек в капюшоне. Целый час тренеры на трибуне друг перед другом сыпали терминами: «Что за нагрузки? Какая направленность? Где процентовка? Коэффициент специализации? Режим невнятный. Да это не тренер, а клоун! Кого нам подсунули?!» Когда занятие завершилось, человек скинул капюшон. Все обомлели — это ж Моуринью!

А у Красножана я многому научился. Поразила дотошность при подборе футболистов во вторую сборную. Мы сутками просматривали диски, изучали статистические данные, составляли шкалу оценок, которую разработал сам Красножан. Там не три стандартных компонента — удар левой, правой, головой. Скрупулезно разбиралось все — количество проникающих передач, из какой зоны… Считать замучаешься! После игры каждому футболисту готовил домашнее задание. С указанием минут, на которые следует обратить внимание. Рассылал по электронной почте либо вручал диск.

- эти задания кто-то выполнял?

— Игроки, которые уже работали с Красножаном, — сто процентов. Файзулин, Васин… Насчет остальных — сомневаюсь.

- Миодраг Божович рассказывал про самое чудовищное ЧП в своей команде — игрок пришел пьяным на установку. Он его специально выпустил на поле. Какие ЧП бывали у вас?

— С дублем «Локомотива» сели в поезд до Питера. Перед отправлением обнаружил — одно купе закрыто. Ребята всячески отвлекали мое внимание, вели себя подозрительно. Я сделал вид, что купился. Когда же проводница проверяла билеты, нырнул в то самое купе. Увидел спящего игрока. Пил он не чай.

- Наказали?

— Посадил на самый дальний край лавки, чтоб перегаром в сторону дышал. Даже не разминался. Но матч тяжелейший, жара. При ничейном счете за 15 минут до конца выпустил его на замену. И он перевернул игру, организовал победный гол. В раздевалке я руками развел: «Вот это пьяный мастер!» Сейчас в премьер-лиге играет.

- Кто из футболистов выпил особенно много вашей крови?

— В «Рубине» — никто. В школе «Локомотива» были ребята, из-за которых вызывали на ковер к директору. Упрекали, что слишком строг, помягче надо. А я пытался втолковать, что если гладить по головке, ни черта из них не выйдет. В ответ: «Ты не понимаешь, они же талантливые, наши надежды…»

- Кто оказался прав?

— Я. Из тех — ни один не заиграл! Помешал характер. А в дубле был такой Андрей Вавилченков. Ой, какое будущее прочили! Но совершенно неуправляемый, надменный. Хам, мат через слово. Мне рассказывали, что в турецкой гостинице заплевал номер семечками, а когда туда пытался зайти врач, выставил ногу, как шлагбаум — и не пускал.

- Пропал игрок?

— В ЛФЛ бегает. Когда он в основе «Урала» мелькнул, президент «Локомотива» Наумов всполошился: «Зачем отдали парня? Вдруг заиграет?» Я ответил: «Если заиграет — положу вам на стол заявление!» В «Урале» Вавилченков не задержался.

- Кокорин в школе «Локомотива» считался звездой?

— Да, много забивал. Был на особом контроле у Филатова. Тот повторял тренерам, которые вели команду 1991 года рождения: «Берегите Кокорина! Пестуйте талант!»

- Ушел Филатов, а Наумов не уберег.

— Наумов не виноват. В «Локомотиве» одну из руководящих должностей тогда занимал пришлый человек. Его задача была заработать на трансферах. Не клубу — себе.

- Как полагаете, сколько нагрел на продаже Кокорина?

— На дорогой джип хватило. Из «Локомотива» этого деятеля давно убрали.

- Как относитесь к слухам, что Кокорин «деланный», два года приписали?

— В нашем футболе это до сих пор явление распространенное. Конкретно по Кокорину я не в курсе. В школе «Локомотива» никогда таких разговоров не возникало. Ближе к выпуску внимательно следил за командой Кокорина. Саша выделялся движением, ловкостью, координацией. Чутьишко у него было всегда. Может, поэтому родилось мнение, что не случайно созрел раньше всех?

- Влад Радимов поражался: «В “Зените-2” есть футболисты, которые пишут “сомалет”, “железнодорожный” через запятую». Вам грамотеи встречались?

— Полно. Читаю, например, в графе «дата рождения» — 21.13.1992. «Назови-ка мне тринадцатый месяц?» — «Декабрь!» Или анкета на шенгенскую визу, графа «семейное положение». Один пишет: «Все сложно», второй: «В поиске».

* * *

- Были экзотические предложения о работе?

— В 1994-м звали в Бангладеш. С нами за ветеранов мужик поигрывал, шмотками торговал. У него там какие-то связи. Отвечаю: «С ума сошел? Малярии мне не хватало!» — «Надо же где-то начинать. Загляни ко мне в офис, расскажу про Бангладеш».

- А вы?

— Приезжаю. Арендует комнатку в детском саду. Все завалено одежкой, тюки с джинсами торчат. Ясно, думаю. Да и видел я Бангладеш. Как-то летел из Таиланда через Дакку. Аэропорт полуразрушенный, грязь, нищета.

- Самая жуткая точка, где побывали?

— Река в Бангкоке возле плавучего рынка. Мутная, вонючая помойка. Хуже только туалет на автовокзале в Переславле-Залесском.

- Чудеса через край?

— Не знаю, как сегодня, а в 1980-е — нечто! Автобус «Шинника» всегда там останавливался. Вокзал — одноэтажное здание, сбоку туалет без окон и дверей. Смрад, никаких принадлежностей, вместо унитазов — дыры в полу. И сплошные мины — очень уж не меткие люди пользовались… Кстати, однажды зимой в том районе автобус «Шинника» попал в аварию.

- Что произошло?

— Спускаясь с горки, водитель увидел, что внизу заглох трактор с прицепом. По тормозам. Но дорога скользкая, понесло. С трактором разминулись в последнюю секунду. Наш «Икарус» проскочил мимо, брюхом порвал ограждение, улетел в кювет и застрял в снегу.

- Жертвы были?

— Лишь вареная колбаса, которую везли с собой. Лежала в багажном отделении. Хорошо туда, а не в салон вошел кусок металлического ограждения. Колбасу нанизал, как шампур.

- Легко отделались.

— Еще бы! Сидел на втором ряду справа — именно этой стороной мы бы уткнулись в трактор, если б водитель не успел вырулить. После другой аварии нефартовый «Икарус» заменили.

- Была и другая?

— Недалеко от базы в Белкино чудак на грузовике со встречной полосы свернул налево. Сам проскочил, прицеп с кирпичом остался на дороге. В него и врезались. Чудом никто не пострадал. На заднем ряду посередке сидел фанат «Шинника» по прозвищу Башка. Ноги больные, еле-еле передвигался с палочкой. А тут после резкого торможения он по инерции пробежал весь салон, пока не уперся руками в лобовое стекло. Когда из автобуса вылезли, подкалывали: «Башка, чего народ дуришь? Ты ж ходячий!»

- У футболистов регулярно берут в долг и не возвращают. Обжигались?

— Полгода назад товарищ слезно просил на три дня сто с лишним тысяч. Рублей, к счастью. Дал — с тех пор ни слуху, ни духу.

- Может, объявится?

— Едва ли. Утешаю себя фразой из фильма «Бронкская история»: «Радуйся! За умеренные деньги избавился от общения с нехорошим человеком».

- В Казани были интересные знакомства?

— На экскурсии по казанскому кремлю в мечети Кул-Шариф меня представили молодому имаму. Пригласил послушать пятничную молитву. Я был потрясен чистотой голоса, самозабвенным пением, которое усиливала великолепная акустика. Потом разговорились. Он учился в Саудовской Аравии, прекрасно образован. На каждый жизненный случай — цитата из Корана.

- Вы Коран читали?

— Все откладываю. Не для галочки же читаешь. Чтоб докопаться до сути, нужна концентрация, особое состояние души.

- После болезни в чем-то себя ограничиваете?

— Диета. Меньше жареного, соленого, мучного. Сосуды надо очистить от атеросклеротических бляшек. В памятке написали: «Если снова будут проблемы с давлением — сразу под язык таблетку». Вообще-то у меня второй раз в жизни давление подскочило.

- Когда был первый?

— В 2008-м. Внутрисемейная причина. Я был дома, вызвали «скорую». Укол сделали — отпустило.

- Как здоровье жены?

— Аля — стойкий солдат. На болезни не зацикливается, по-прежнему старается всем помогать. После операции и курсов химиотерапии наступила ремиссия. Хотелось бы вместе к морю рвануть, но на солнце ей теперь нельзя. Без Али не поеду. Ничего, на даче отдохнем.

- Наверное, уже подзабытое ощущение: «Поскорее бы отпуск закончился!»?

— Да нет, передышка точно не помешает. Чуть-чуть не дотянул, вот и загремел с давлением в больницу. Сейчас мечтаю зарыться хотя бы на недельку. Гулять на свежем воздухе, с внуками возиться. Отключить телефон, компьютер, интернет. Никакого футбола, даже по телевизору. Подзаряжу батарейки — и с 10 января за работу.

Заметили ошибку в тексте? Выделите ее мышкой и нажмите CTRL + Enter. Спасибо!

Автор: FootballTop.ru

Bookmark and Share

Понравилась статья?

Проголосуй:
0
рейтинг
+1
-1

Комментарии

Зарегистрируйтесь для участия в рейтинге пользователей.

Лента новостей

8 декабря
7 декабря
Кто выиграет чемпионат России-2016/2017?