10 августа, 2014 - 13:02

Прибил муху и сказал: "Ух, "Динамо" проклятое!"

Игорь Рабинер – о том, почему в прошлом противостояние «Динамо» и «Спартака» было куда более принципиальным и непримиримым, чем сегодня.

«Динамо» — «Спартак» — это всегда весело, непредсказуемо и результативно. Куда ни заводят тропы футбольной памяти, вывод один: комбинация двух этих названий попросту не допускает скуки и уныния! Пресловутому «внутреннему напряжению» никогда не удаётся выжечь у двух команд стремление просто сыграть в футбол и получить от этого удовольствие. Отчего так получается – объяснить невозможно. Но получается.

Помню, например, как в сентябре 91-го, в последние месяцы жизни чемпионата СССР и собственно Советского Союза, казалось, обескровленный летними отъездами за рубеж Шалимова, Шмарова и Кулькова «Спартак» вдруг взял да грохнул мощное «Динамо» — 7:1. Команда Валерия Газзаева с Колывановым, Леоненко, Кобелевым, Кирьяковым, Симутенковым в составе не понимала, что происходит на поле, а нынешний спортивный директор красно-белых Дмитрий Попов сделал едва ли не единственный в своей карьере хет-трик. А на следующий год, когда «Спартак» и «Динамо» считались главными претендентами на первое российское чемпионство, всё решили их очные встречи, завершившиеся в пользу команды Олега Романцева со смачным счётом — 4:3 и 5:2.

А сейчас скучнее, что ли? То команды обмениваются крупными победами, при этом «Спартак» «увольняет» Сергея Силкина, а «Динамо» — Унаи Эмери. То Дмитрий Гунько одерживает свою самую запоминающуюся победу в «Спартаке», пусть эти волевые 3:2 с решающим пенальти в добавленное время ни на что в таблице уже повлиять не могут. Но те болельщики, что предпочли телепросмотру «золотого» матча ЦСКА – «Локомотив» поход на турнирно уже не значимую игру, ни на мгновение об этом не жалеют…

И всё же нынешнее соперничество «Динамо» и «Спартака» — сугубо футбольное, не отягощённое ничем, я бы сказал, идейно-философским. Обе команды озабочены тем, чтобы прервать многолетнюю бестрофейную серию: бело-голубые последний раз выигрывали Кубок в 95-м, красно-белые – в 2003-м; «Спартак» не становился чемпионом с 2001-го, а «Динамо» так и вовсе с 1976-го. То есть их совокупный кубковый «голод» составляет 30 лет, а чемпионский – страшно сказать, 51.

Чтобы этот рок переломить, клубы совершенно не против использовать людей из лагеря оппонента. «Спартак», собственно, когда-то и вернулся из первой лиги (куда попал однажды за всю историю), наняв динамовца Бескова, а «Динамо» за последнее десятилетие пробовало и Олега Романцева, и Георгия Ярцева, а теперь – Станислава Черчесова. И кабы не Романцев, «на флажке» сезона-2004 сенсационно сыгравший вничью с ЦСКА и лишивший красно-синих чемпионства, — вылетело бы туда же, куда «Спартак» в 76-м.

Но одни только эти переходы людей из «Спартака» в «Динамо» и из «Динамо» в «Спартак» говорят о том, что лютого противостояния между ними нынче нет. Недаром двукратный лучший снайпер чемпионата России в составе красно-белых Роман Павлюченко несколько лет назад заявил: «В “Зенит” и ЦСКА не пойду точно. Что касается “Локомотива”, “Динамо” и других клубов, то говорить однозначное “нет” не буду». В итоге Спящий Гигант приземлился в «Локо», но сложись ситуация чуть иначе – мог бы и в «Динамо».

Когда-то отношения между двумя клубами, поровну разделившими между собой все шесть довоенных титулов чемпиона СССР, были совсем иными. Более непримиримых оппонентов в стране не существовало. Молодым читателям наверняка будет интересно узнать – почему. Несколько лет назад, работая над книгой «Спартаковские исповеди» и общаясь с ветеранами красно-белых, я многое об этом узнал. А теперь предоставляю ту же возможность и вам. При этом подчёркиваю: ни на секунду не сомневаюсь, что старые динамовцы могут рассказать не менее яркие и убедительные истории на ту же тему, только с противоположным акцентом. И относиться к этим рассказам и людям, без которых не было бы богатой и красочной истории нашего футбола, надо с той же степенью уважения.

Никита Симонян:
 "Писатель Лев Кассиль, наш потрясающий и великий болельщик, в 1962 году на чествовании по случаю чемпионства вышел на сцену и сказал: «Я болею за “Спартак”. Впрочем, все порядочные люди болеют за “Спартак”. Насчёт всех – это, конечно, была гипербола. Мой друг Евгений Евтушенко – болельщик “Динамо”, как были ими и Дмитрий Шостакович, и Юрий Никулин. Но люди всегда тянулись к команде, которая не имела никакого отношения к силовым структурам. Вы же понимаете, с чем у людей тогда ассоциировались эти ведомоства. В итоге и получилось, что целые театры, такие, как МХАТ, Малый, имени Вахтангова, болели за “Спартак”. И нас не волновало мнение закоренелого динамовца, главного редактора журнала “Огонёк” Сафронова, говорившего: “Динамо”, мол, это не какая-то артель – имея в виду нас, конечно.

Мы отвечали взаимностью. Кстати, отношения между поклонниками “Спартака” и ЦДКА в то время были доброжелательными или, по крайней мере, нормальными. Главным врагом и для одних, и для других были московские динамовцы.

Николай Петрович Старостин до конца жизни ненавидел “Динамо” и был убеждён, что в лагеря их с братьями отправил именно куратор бело-голубых – Берия. И именно как конкурентов спартаковцев. Вот и я, будучи игроком, не мог себя представить в “Динамо”.

А вот какой случай был с Сергеем Сальниковым. Как народ был возмущён, когда в 1950 году он ушёл из “Спартака” в “Динамо”! Посчитал это предательством из предательств. Освистывали его нещадно. А на самом деле он перешёл из благородных побуждений. Его отчим по какой-то причине был арестован. Для того, чтобы его вытащить из мест не столь отдалённых, или по крайней мере как-то облегчить судьбу, Сальников в “Динамо” и перешёл. Но после того, как отчим вышел из заключения, Серёжа тут же вернулся в “Спартак”. За это с него сняли звание заслуженного мастера спорта. Но переход разрешили. Помню, играли мы в Донецке, и приходит телеграмма: “Лишился заслуженного, приобрёл вас!”

Евгений Ловчев:
“Старостин приезжал в Тарасовку на электричке. По дороге покупал газеты и читал их. На газете же писал себе тезисы, пока шла тренерская установка, чтобы последним аккордом настроить команду. И вот тренер Гуляев говорит: „Динамо“ — это серьёзный соперник”, возникает секундная пауза, и в тишине жужжит муха. Чапай (так футболисты “Спартака” называли основателя клуба Николая Старостина. – Прим. ред.) берёт газету, на которой только что писал тезисы, сминает её. Муха садится на стекло – и Старостин со словами: “Ух, „Динамо“ проклятое!” оставляет от неё мокрое место. Конечно, матч тот мы выиграли.

Люблю рассказывать историю, здорово характеризующую Старостина, показывающую его не как икону, а как живого человека. В связи с многолетним заключением матчи с “Динамо” были для Николая Петровича самым принципиальным, что только может быть в футболе. Однажды дают пенальти в ворота динамовцев, и Логофет кричит великому Яшину: “Держи, Вася!” И бьет в другой угол.

Возмущенный Лев Иванович идет к раздевалке, дожидается после игры Старостина, к которому с уважением относился. И жалуется: “Николай Петрович, этот молодой, щенок, крикнул мне: „Держи, Вася!“ Это что еще такое?” Николай Петрович пообещал разобраться. Видит Логофета, хмурит брови: “Геннадий, это правда, что ты Яшину сказал: „Держи, Вася!“?” – “Правда”. Старостин выдержал паузу и сказал: “Ну и правильно сделал!”

В 76-м году, когда Крутиков не хотел видеть Старостина в команде и около нее, Николай Петрович появился в раздевалке всего один раз. Как прошел? Да это же Старостин – кто ж его не пустит? А пришел он после победы над “Динамо”. И сказал довольно: “Ну, вы сегодня с ними как кошка с мышкой!”

Однажды я спросил Николая Петровича, за что он сидел. Он рассказал о знаменитом случае, когда уже после победы в финале Кубка “Спартака” заставили переиграть полуфинал с тбилисским “Динамо”. Вызвали меня, говорит, к Молотову, а там сидит Берия, который курировал всё общество “Динамо”. И Молотов говорит: “Николай Петрович, есть мнение, что надо переиграть”. Старостин ответил, что переигрывать они не будут. В конце концов его всё-таки “сломали”, но, прощаясь, он повернулся и сказал, что “Спартак” всё равно Кубок выиграет. “Когда за 15 минут до конца матча, при счёте 3:1 в нашу пользу, Берия встал и посмотрел в мою сторону, я сразу понял, куда поеду”, — говорил патриарх.

Была в моей жизни большая ошибка – уход в “Динамо”. Миллион раз извинялся перед спартаковскими болельщиками за тот шаг, но “кушать” эти подколки, видимо, придётся до конца жизни. Вроде бы шёл в “Динамо” — всех ребят знал, в сборной с ними играл. Но вскоре понял: это не моё. Чинопочитание, приезды генералов и полковников, которые объясняли нам, как в футбол играть… В “Спартаке” мы могли быть нерадивыми, но всё равно оставались любимыми. И даже несмотря на то, что Старостин на меня очень обиделся за уход в “Динамо”, он не позволил журналисту “Советской России” Колядину “утопить” меня, когда тот приехал собирать материалы для фельетона.

…Да, Бесков пригласил в “Спартак” многих ребят, вылепил из них классных футболистов. Но они были для него не более чем рабочей силой и должны были полностью подчиняться ему – имел место беспрекословный диктат. По-динамовски. А Старостин их любил…

В 75-м на базе “Спартака” сформировали олимпийскую сборную, а тренировал её Бесков. После ничьей в югославском Нови-Саде переехали в Белград, и ребята пошли по магазинам. Заносят свёртки с товарами, идут на ужин. Бесков на разборе распаляется: “У меня в „Динамо“, когда мы в 70-м играли под Новый год турнир в Чили, 31-го пришли ко мне ребята и предложили провести 1-го тренировку. „Динамо“ — профессионалы, а вы, „Спартак“ — шмоточники!

Когда я в тот момент посмотрел на Чапая, то понял, что его сейчас кондратий хватит. У него желваки по лицу пошли, он встал и говорит Бескову: „У тебя всё?“ И говорит: „Что ты несёшь? Что плохого в том, что люди купят своим детям, жёнам, родителям вещи, которых нет в стране?“ Эта история показала, как Бесков относится к „Спартаку“.

Владимир Маслаченко:
„Интеллигенция считала шиком болеть за ‘Спартак’. Это считалось неким элементом скрытого диссидентства. Потому что ‘Спартак’ создавался в пику динамовскому движению, которое ассоциировалось у людей сами понимаете с кем и чем…

…Когда с Бесковым у ‘Спартака’ всё было на мази, я спросил Старостина: ‘А как же его динамовские корни?’ ‘Да ты знаешь, есть вещи, которые, наверное, надо как-то преодолеть’. При этом опустил голову и в раздумьях теребил что-то в руках (Анатолий Крутиков сказал: ‘Николай Петрович ненавидел ‚Динамо‘, а Бескова – пусть даже руками своего брата Андрея, который с ним дружил, — пригласил. Мы все поражены были этим поступком’. – Прим. ред.). Но ход с Бесковым в итоге оказался правильным. Константин Иванович всегда подчёркивал, что является профессиональным тренером, и ему всё равно, где работать. До прихода в ‘Спартак’ он трудился не только в ‘Динамо’, но и в ‘Торпедо’, и в ‘Локомотиве’, и в ФШМ, и ЦСКА, и в сборной. То есть стал таким внеклубным футбольным деятелем, не ассоциировавшимся исключительно с ‘Динамо’, где сделал себе имя как футболист. Это, наверное, тоже облегчило решение пригласить его в ‘Спартак’.

Анатолий Исаев:
‘В 77-м я остался в ‚Спартаке‘ одним из помощников Бескова в первой лиге, но всё закончилось после матча с ‚Тереком‘. Я предложил, причём по просьбе Бескова, свой вариант состава, с Ловчевым не на фланге защиты, а в центре поля. Бесков сидел красный как помидор. Ему же никогда и никто слова поперёк не мог сказать, а тут я ему свою схему сказал, да ещё и при всех – это вообще преступление!

Но я привык так в ‚Спартаке‘ работать – честно говорить, что думаю по тому или иному поводу. А задача главного тренера – выслушать все предлолжения и выбрать тот или иной вариант. Когда мы с Симоняном работали, было именно так. Спартаковская демократия! А тут высказал своё мнение – и ‚сгорел‘ из-за этого. Бескова же подхалимы окружали: ‚Константин Иванович сказал, Константин Иванович попросил‘… Всё совсем по-другому. ‚Спартак‘ и ‚Динамо‘.
Николай Петрович его вообще ненавидел. Бывало, приду к нему, а он вздыхает: ‚Анатолий, ты представляешь, динамовцы окружили везде. Председатель Спартака — динамовец, старший тренер – тоже. Врачи, массажисты, администраторы…‘ А для Старостина Динамо — это самое большое бельмо в глазу было. Как он нас на них настраивал… И к нам у динамовцев такое же отношение было. Тот же Якушин Спартак не переносил.

Геннадий Логофет:
Однажды я поехал с Динамо на матчи в Америку. В Шереметьево ехали с Николаем Петровичем. И тот наставлял: Что бы они ни делали, что бы ни говорили – молчи. Это тебе не Спартак. На месяц закрой рот. Я же эту систему очень хорошо изучил. Правда, в заключении. И мне в обстановке динамовской палочной, дисциплины действительно было неуютно…’

Заметили ошибку в тексте? Выделите ее мышкой и нажмите CTRL + Enter. Спасибо!

Автор: FootballTop.ru

Bookmark and Share

Понравилась статья?

Проголосуй:
0
рейтинг
+1
-1

Комментарии

Зарегистрируйтесь для участия в рейтинге пользователей.

Лента новостей

7 декабря
Кто выиграет чемпионат России-2016/2017?