29 декабря, 2014 - 12:04

Лоськов: Новый год нужно встречать со снегом, оливье и обращением президента

Экс-капитан московского «Локомотива» Дмитрий Лоськов в разговоре с шеф-редактором агентства «Р-Спорт» Феликсом Загребным и корреспондентом Иваном Тугариным рассказал о жизни после завершения карьеры, вспомнил старые добрые времена и поздравил болельщиков железнодорожников с Новым годом.

Лоськов перешел в «Локомотив» из «Ростсельмаша» (нынешний «Ростов») в 1997 году и за 10 лет выиграл с командой два чемпионата России, три Кубка и два Суперкубка страны. В 2007 году Лоськов ушел в «Сатурн», но в 2010 году вернулся в стан железнодорожников, завершив карьеру по итогам сезона-2012/13. Лоськов является рекордсменом клуба по числу сыгранных матчей (421), а также лучшим бомбардиром (128).

Играя за «Локомотив», Лоськов встретил свою нынешнюю жену Ольгу, которая работала в клубе. Сейчас футбольная семья воспитывает сына и дочь; 9-летний Гриша занимается футболом в школе «Локомотива».

Футбол + хоккей

- Дмитрий, чем занимаетесь после завершения карьеры?

— В основном семьей. А в свободное время играю в хоккей.

- Хоккей?

— Да, три раза в неделю играю. Я родом с Кургана, там впервые и встал на коньки. Зимой играли в хоккей, летом в футбол. Тогда не было условий, чтобы зимой заниматься футболом. Были только залы. Так что спортивного разнообразия тогда больше было.

- Пока вы были действующим игроком, выходить на лед с клюшкой нельзя ведь было?

— Да, лет в 14 закончил играть в хоккей, когда уехал в Ростов в спортивный интернат. А сейчас спустя, наверное, 15 лет, я снова встал на коньки. Ноги все помнят (улыбается).

- На какой позиции в хоккее действуете?

— А у нас везде все играют!

- Куда шайба, туда и все?

— Нет (смеется), не так, конечно. Если серьезно, то больше, конечно, впереди двигаюсь.

- Когда сын начал заниматься футболом?

— Ребенку недавно исполнилось 9 лет. В пять лет он пошел в школу «Локомотива». Его никто никогда не подталкивал, решение заниматься футболом принял сам. Ходит, тренируется, ездит на турниры. Пока не выгнали (улыбается).

- А за «Локомотивом» следит?

— Да, конечно. Любит футбол.

- Папа что-то рассказывает про свою карьеру?

— Нет, папу не слушает. У него тренер — авторитет. Папа мало принимает участие в его футбольной деятельности.

Знал, что должен заканчивать в «Локомотиве»

- Когда вы возвращались из «Сатурна» в «Локомотив», сказали, что готовы играть бесплатно…

— Да, все так и было. Я так и вернулся. Тогда не было ставки, я разговаривал с президентом клуба Николаем Наумовым. Он сказал, что ставки нет, и они не могут меня взять. Но после того, как я дал интервью (в котором заявил о желании играть за «Локомотив» даже бесплатно), мне позвонили и сказали: «Приходи». Я тогда действительно говорил, что деньги меня не интересуют.

- Потом же контракт вы все-таки подписали.

— Да. Они поставили меня на ставку дублера.

- И с ней вы заканчивали, получается?

— Да. У нас была договоренность, что как только освободятся ставки, как отдадут кого-то в аренду, то сразу все и наладится. Потом, у меня в контракте все зависело от количества проведенных игр. Год закончился, предложили мне новый контракт. Так постепенно и закончил.

- Вы для себя изначально решили, что кроме «Локомотива», нигде продолжать играть не будете?

— А смысл был куда-то переходить? Я собирался заканчивать в «Локомотиве», для этого возвращался в 2011-м году. Получилось так, что хотел прийти на полгода, а задержался дольше.

- Досады не осталось, что пять матчей не хватило до рекорда чемпионатов России? Нет обиды на тренера (Славена Билича), что не поставил в состав?

— Да, нет. Тренер-то тут при чем? Он видит так.

- Но все-таки пять матчей…

— С другой стороны, конечно, обидно, что в сезоне не сыграл ни секунды, но обижаться нечего.

Выбирал между «Сатурном» и «Рубином»

- Когда вы уходили из «Локомотива» в «Сатурн», может, все-таки стоило тогда потерпеть, подождать. Все-таки Семин был тогда президентом клуба.

— Нет. Юрий Палыч мне тогда сам посоветовал уходить. Так и сказал: здесь тебе ничего не светит. Ты играть не будешь, тебя переведут в дубль. Сидеть полгода и ждать непонятно чего? Уберут тренера, не уберут, поменяется руководство или нет. Возраст тогда у меня как раз такой был, 31 мне было тогда… Поэтому сидеть на лавке не было смысла. Надо было играть.

- В чем конкретно была тогда причина, что вас посадили на скамейку? Вам что-то главный тренер объяснял?

— Нет. Я понимал, что я буду следующим. Первым был Вадик Евсеев…

- То есть авторитетов человек не терпел совершенно?

— Да. Как я уже сказал, первым стал Вадик. Просто нашли какую-то причину, и выкинули из состава. Я понимал. Я — следующий. Все было ясно.

- Странно все это, учитывая тот факт, что президентом тогда был Семин…

— Все решал тренер. В то время был еще и Липатов. Юрия Палыча поставили тогда так… Для болельщиков. По-моему, ему даже не давали полномочий на конкретные решения.

- Кроме «Сатурна» были варианты?

— «Рубин»

- Почему тогда Раменское выбрали?

— Может, потому что ближе к Москве. И… (пауза). Плюс помощником главного тренера был Борис Игнатьев, с которым мы работали в «Локомотиве». Много ребят было, которых я знал по сборной. Каряка, Кириченко… В Казань, может, побоялся ехать. Точнее, не то чтобы побоялся. Там как раз строилась новая команда. Вот пошел бы я туда, и, может, не было бы там Сергея Семака. Вот и плюс для Казани. Они с ним выиграли два чемпионства в итоге. Может, и есть какое-то разочарование от того, что мог большее количество раз стать чемпионом России.

- Долговая история «Сатурна» вас обошла стороной?

— Я был последний, кто успел получить деньги (улыбается). Если серьезно, то ребята, конечно попали…

Бышовец звал в «Зенит»

- Были варианты уехать за границу?

— Об этом надо спрашивать у руководства клуба и Юрия Павловича. Я знаю об одном варианте. Приходили ко мне, когда Руслан Нигматуллин уезжал в «Верону». Эти же агенты, итальянцы, меня приглашали. Но в их понимании я должен был подойти к президенту клуба и попросить, чтобы меня отпустили. Но я сразу сказал, что так дело не пойдет.

- Сожаления нет, что не удалось уехать?

— Нет. Но поиграть за границей, конечно, хотелось.

- Вернемся к началу вашей карьеры. Могли перейти из «Ростова» не в «Локомотив»?

— В 96-м, несмотря на то, что предварительный контракт с «Локомотивом» был подписан, я остался в Ростове. Меня просто не отпустили оттуда. Позвонил потом Филатову, извинился. Думал, что больше не позовут, но на следующий год вновь поступило приглашение. Потом, когда я в Москве подписал контракт, Филатов меня в Ростов больше не отпустил (улыбается). Кстати, звал меня тогда и «Зенит», который тогда Бышовец тренировал (смеется). Я отказался. И с Тархановым по поводу ЦСКА был разговор.

- Получается, тогда вас тренер Бышовец звал, а больше 10 лет спустя…

— Он уникальный человек! Мэтр (улыбается).

Нас учили играть для болельщиков

- Когда ехали в «Локомотив», не было опасений, что можете не вписаться в тот состав? Команда была сильная же тогда. В полуфинале еврокубков играла…

— Мне хотелось попробовать что-то новое. Даже конфликтовал тогда с Юрием Палычем немного. Я начал хорошо, гол забил в первой игре, но потом в третьей мне сломали ногу.

- Когда три раза подряд стали вторыми в чемпионате после «Спартака»…

— Все время чего-то чуть-чуть не хватало.

- Не было ощущения, что все, больше никогда не получится?

— Нет. Конечно, мы верили. Шли к этому каждый год. У нас была проблема, что мы выигрывали принципиальные матчи, но много очков теряли с аутсайдерами. Но в итоге все получилось.

- Не секрет, что вы являетесь символом «Локомотива» для болельщиков. Есть ли, по вашим ощущениям, разница в статусе, если сравнивать времена, когда вы были действующим футболистом и когда завершили карьеру? Продолжают на улице узнавать?

— Думаю, ничего не поменялось. Даже сейчас, когда я не являюсь игроком «Локомотива», до сих пор узнают, подходят болельщики. Я часто бываю на стадионе, сын же у меня здесь тренируется. Все подходят, фотографируются.

- Будучи футболистом, ощущали дополнительное давление от подобного отношения болельщиков?

— Конечно. Ты всегда выходишь играть для болельщиков, как нас учили. Когда я пришел в «Локомотив», болельщиков как таковых не было. Ходило, может быть, человек 50. А когда заканчивал, был уже новый стадион, трибуны заполнялись. Приятно видеть на каждой игре по 20 тысяч человек. Но и ответственность больше.

- На матчи «Локомотива» ходите?

— Хожу, но редко. Когда время свободное бывает, стараюсь посещать игры.

- Расскажите про встречу, которую организовал Юрий Семин с футболистами.

— Все спонтанно получилось. За два дня до встречи, уже в 11 вечера, мне позвонил Вадик Евсеев. Сказал, что едет в дороге, позвонил Юрий Павлович и сказал: «Собери всех…» В итоге собралось нас десять человек.

К «Монако» были не готовы психологически

- Было что вспомнить?

— Конечно! Такие встречи надо бы чаще организовывать. Но хорошо, что хоть в этот раз собрались. Редко все видимся. Хорошо была пауза для сборных, и Юрий Палыч смог быть. В итоге мы часов пять точно посидели.

- Какой сезон самый памятный?

— Конечно, 2002-й. первое чемпионство. Золотой матч, такая интрига. Хотя, я бы не стал выделять один год. Весь период, начиная с 1999 года по начало 2000-х, каждый год был чем-то интересен. И в футбольном, и в жизненном плане.

- Все помнят матч с «Тиролем» в квалификации к Лиге чемпионов, который пришлось переигрывать из-за ошибки судьи. О чем подумали, когда узнали о переигровке?

— Честно говоря, мы думали тогда, что это так все, разговоры. Мы еще вечером после игры в местных новостях узнали, что они подали протест. Когда улетали, посмеялись. А оказалось, что да. Пришлось опять лететь играть.

- Обратно в Австрию летели с желанием разорвать соперника…

— Да. И, видимо, перегорели. Гол пропустили в первом тайме быстрый. Качели шли. Главное, что Нигматуллин не перегорел (улыбается).

- Он провел, наверное, лучший матч в карьере.

— Два лучших матча! Он был на высоте в обеих гостевых встречах с «Тиролем».

- Поражение от «Монако» по сумме двух матчей 1/8 финала Лиги чемпионов — самое обидное?

— Это вообще отдельная история. Тогда, конечно, в Москве надо было больше забивать. Тот же Обиора… вышли они тогда с Парксом вдвоем на ворота. Покати мяч, и Паркс забьет, а он начал бить и промазал на 93-й минуте. Так было бы 3:1, и более комфортный результат перед ответным матчем. Знаете, на тот момент, мы были, наверное, психологически не готовы.

Для третьего чемпионства не хватило Сычева

- Что случилось с командой в 2005-м году? «Локомотив» имел отрыв в чемпионате едва ли не в 10 очков, а потом провалились везде. Случился «Рапид», проиграли не только чемпионство, но и не попали в Лигу чемпионов на следующий сезон…

— Шли мы хорошо. Убила нас игра в Казани, когда мы проиграли 1:3. Там нас просто убили. Димка Сычев тогда сломался. Он у нас был одним тогда нападающим таким. Может быть, смена тренера сказалась.

- Можно ли сказать, что с Дмитрием Сычевым вам было играть комфортнее всего?

— Мне со многими было удобно играть. В «Ростове» с Александром Масловым, с Сергеем Андреевым. Он тогда вернулся со Швеции, ему было 38, а мне 20. Он был примером. Многое же зависело не только от меня, но и от нападающего. Футболист должен знать, что может сделать его партнер в данной ситуации. Мы все в «Локомотиве» знали, что ждать друг от друга.

- Как думаете, почему вдруг у Сычева стало все так резко не получаться на поле?

— Я могу поспорить с теми, кто его похоронил как футболиста. Он сейчас работает больше, чем когда-либо. Чего-то ему правда не хватает… Уверенности. Раньше он был более раскрепощен. Наглый по-футбольному. У него бывало за матч полмомента, а он два гола забивал. Куда ни бил — все залетало. А сейчас в пустые ворота забить не может. Поверьте, он очень хочет. Его захлестывает желание, эмоции. Думаю, он еще не сказал последнего слова. Ему нужно просто найти свою команду. Как он в свое время нашел «Локомотив», когда вернулся из Франции.

- То есть вы считаете, что он еще может о себе заявить?

— Конечно. Ему еще всего 31 год. Люди некоторые только начинают в 31 (улыбается). А его уже списали. Ему просто нужно найти свою команду, нужно чуть-чуть времени. Главное, здесь не пересидеть. У него еще год контракта в «Локомотиве». Что сейчас происходит с ним в «Локомотиве» — это издевательство.

- И все-таки. Не считаете, что Сычев себя так и не реализовал до конца?

— Конечно! Так все сложилось, что мы сейчас имеем то, что имеем. Больше всего, его, конечно, травмы подкосили. Играть ему надо. Играть.

- Сычев — далеко не единственный бывший спартаковец в «Локомотиве». Почему футболисты «Спартака» так хорошо приживаются в «Локо»?

— Потому что их больше никуда не берут! (смеется). Если серьезно, то кому-то эти футболисты не подходили, а «Локомотиву» подошли. Так бывает. Хотя, может, потому что красный цвет тоже есть? (улыбается).

Было ощущение, что Яша — русский

- Что можете сказать о нынешнем «Локомотиве»?

— О нынешнем? Все показано в турнирной таблице. Она как лакмусовая бумажка. Когда бросает туда-сюда. Пятое, шестое места… Третье считается большим успехом. В наше время за третье место увольняли. Не знаю…

- Есть ли сейчас любимый игрок в «Локомотиве», чья игра вам больше всего импонирует?

— Ребенок мой (смеется). Алексей Миранчук нравится молодой. Но ему нужно играть постоянно. Может, ему стоит уйти в аренду в команду уровнем пониже, а не сидеть на лавке, выходя на одну игру в сезоне. Вот это неправильно.

- А кто для вас был кумиром в детстве?

— Так повелось, что я, как и папа, болел за киевское «Динамо». Наверное, Заваров и другие динамовцы того времени. И, наверное, Черенков.

- Вы вспомнили сейчас о Парксе и Обиоре. А кто из тех легионеров, с которыми вам удалось поиграть бок о бок, является самым сильным?

— Наверное, Лекхето. Он был стабилен. Он сразу вписался в команду. Было ощущение, что он не иностранец, а наш. Яша.. Он заговорил очень быстро по-русски, потому что хотел с нами общаться. Именно на русском, а не на английском. Гиля (Гильерме) быстро заговорил тоже, кстати. Как Овчинников рассказывал, когда его продали в «Бенфику». Ему сказали: у тебя есть три дня до игры. К ней ты должен выучить определенные слова. Не выучишь, играть не будешь. Никто ни с кем не возился, не давали переводчиков. Чем быстрее заговоришь, тем чаще будешь играть. А приезжая в Россию, многие даже не начинают учить. Теперь тем более, у всех переводчики. Вот вам два примера. С Гилей одновременно в команду пришел Майкон. Первый говорит по-русски, второй — нет.

- А Бранислав Иванович?

— Мы просто играли меньше вместе. Хотя он очень сильный был. Это бесспорно.

- А кто не реализовался? О'Коннор?

— Мне кажется, он, наоборот, здесь реализовался (смеется). Сразу в сборную Шотландии попал, денег заработал.

- Не обидно, когда легионер уезжает, а потом начинает в интервью небылицы рассказывать про команду?

— Не знаю. Обижены они, наверное, на что-то. Денег, наверное, еще больше хотели в России заработать. Либо слишком много платили.

- Забавную историю, связанную с легионерами, вспомните?

— Могу только историю с Зазой (Джанашия) вспомнить. Тоже же легионером считается (смеется). Получил новую машину, выехал с базы на стадион. Так два раза по МКАД проехал, два раза заправился — он искал «Черкизово», а на нужном указателе было написано «Щелковское шоссе». Пока не подсказали, найти не мог. Еще был случай: подлетали к Москве, самолет шел на посадку. Сидит, смотрит в окошко и говорит: «Как красива наша Москва» и сразу получает ответ от Игоря Чугайнова: «Какая ваша? Езжай мандарины собирай». Конечно, все это было в шутку. Никаких обид не было. В команде любили посмеяться. Заза вообще уникальный человек. У него было собственное кафе, держал палатки — бананы продавал. Предприимчивый.

- Кульбиты на тренировке отрабатывал?

— Нет, все это было спонтанно.

- Дедовщина в команде была?

— Дедовщины нигде не было, просто всегда молодежь уважительно относилась к старшим. Я и в «Ростове» старшим за вином бегал.

- «По паспорту»?

— Да. Никаких вопросов не было. Тебе говорят, дают деньги, берешь канистру и пошел. Понимаю, можно было сказать, что дедовщина, если бы без денег отправляли, чтобы ты принес. Также лишний раз не надо было говорить тебе, что мячи нужно собрать и унести. Это сейчас тебе все администраторы носят. А раньше собрал мячи и пошел.

- Может, вашему поколению как раз и помогало то, что условий толком не было и приходилось постоянно преодолевать трудности?

— Вполне возможно. Можно сказать, что у нынешнего поколения есть все. Им созданы идеальные условия для того, чтобы играть в футбол, чтобы думать только о нем. Раньше такого не было. Время идет, все прогрессирует, все становится лучше. Это хорошо.

- В Ростове бываете?

— Редко. Чаще бывал, когда играл, на выездах.

- То есть вторым родным городом он для вас так и не стал?

— Думаю, все-таки нет. Хотя, там прошла моя юность и молодость…

- Историй, наверное, у вас миллиард.

— Не то слово!

- Есть какая-нибудь для печати?

— Ни одной! (улыбается). Нельзя!

- Да ладно вам. Сергей Андреев года три назад в большом интервью столько рассказал, что на книгу хватит.

— Вот-вот… Андреев! Он любитель байки рассказывать. Я дружу с некоторыми ребятами из той команды. По выходным они в баню ходят. Звоню: едем, говорят, в баню. Сейчас Василич будет байки рассказывать!

- Команда вообще была веселая тогда.

— Шикарная! Мы собирались после каждой игры вместе. Начиналось все на базе, в нашей комнате. У молодежи комнаты были большие, по три человека. У нас даже по четыре была. Там и собирались.

- Затем Левый берег…

— Да. После базы переодевались и ехали туда. Раньше ночные рестораны в Ростове были только там. Хорошо там было.

- Желание по окончании карьеры проводить как можно больше времени с семьей понятно. А о тренерской работе все-таки всерьез задумываетесь?

— Желание, может быть, и есть. Я окончил тренерские курсы, получил категорию «А», дающую право быть помощником главного тренера в клубе премьер-лиги. Сейчас будем думать, будем искать варианты.

- Когда вы завершали карьеру, вы тогда сами говорили, что было предложение от клуба, которое вас не устроило. А других вариантов не было? Может быть, от Юрия Семина были предложения продолжить карьеру?

— Нет, нет. Ничего не было. Юрий Павлович тогда в Азербайджане работал, в «Габале». Мы тогда ездили к нему на стажировку, смотрели. Там поговорили, он сказал мне учиться и приступать к тренерской деятельности, если есть желание.

О прощальном матче пока не думал

- Вопрос, который мы, наверное, задаем всем, кто недавно завершил карьеру: на поле обратно не тянет?

— Когда смотришь футбол — да, бывает. А так, чтобы поиграть в футбол, пойти с кем-то подвигаться — такого желания нет.

- То есть не хватает именно соревновательной деятельности? Адреналина? Пытаетесь все это компенсировать за счет игры в хоккей?

— Может быть (улыбается). Новые эмоции.

- На встрече с болельщиками перед стартом сезона звучал вопрос о том, будет ли «Локомотив» организовывать прощальный матч Дмитрия Лоськова и остальных игроков той команды — Маминова, Пашинина. В ответ было сказано, что когда Лоськов официально объявит о завершении карьеры, тогда мы и сделаем этот матч.

— А как нужно официально объявить? Понятно, что я завершил карьеру. Как это объявлять?

- А в принципе мысли о таком матче? Может, самому взяться за организацию?

— Пока не думал. Вообще хотелось закончить, как все… А то собираются 22 толстых мужчины и ходят по полю пешком. Было желание закончить так, как это в свое время сделал Андрей Тихонов. В официальной игре — это да.

- Сейчас такой вариант не допускаете?

— А как вы себе это представляете?

- Подписать с вами контракт и заявить на один матч всегда можно. Например, выйдете в концовке первого матча в сезоне…

— Думаю, что на сегодняшний день это нереально.

Нужно верить в чудеса

- Скоро Новый год. Для вас что он значит?

— Это семейный праздник. Стараемся встречать его дома. Уезжали в прошлом году в Таиланд. Но поняли, что Новый год нужно встречать в Москве — со снегом, салатом оливье и обращением президента.

- «Иронию судьбы» смотрите 31 декабря?

— Конечно, куда же без нее. И продолжение понравилось.

- В баню ходите 31 декабря?

— 31 числа не ходим. А вот после Нового года — обязательно. Вообще, стараемся дома каждые выходные баню топить.

- А на лыжах не ходите?

— Нет. Но вспоминается случай, связанный с лыжами, на сборе «Локомотива» во Франции. Юрий Павлович для разнообразия давал нам лыжи, мы одевались и бежали. Лучше всех бегали Сережа Игнашевич и Володя Маминов. А самым хитрым был Серега Овчинников — он заходил за дерево, снимал лыжи и шел в бар, где пил кофе и ждал команду. И часто оставался незамеченным.

- Когда перестали верить в Деда Мороза?

— До сих пор верю. До сих пор подарки приносит…

- Сами выбираете или любите сюрпризы?

— Конечно, сюрпризы.

- Можете вспомнить самый яркий подарок, который подарили?

— Он меня всегда удивляет — вступила в разговор Ольга — жена Дмитрия.

- А что можете пожелать болельщикам «Локомотива»?

— Желаю продолжать любить «Локомотив» и независимо от ситуации, верить в команду.

- И верить в чудеса. Они обязательно сбудутся, — добавила супруга легенды «Локомотива».

Заметили ошибку в тексте? Выделите ее мышкой и нажмите CTRL + Enter. Спасибо!

Автор: FootballTop.ru

Bookmark and Share

Понравилась статья?

Проголосуй:
0
рейтинг
+1
-1

Комментарии

Зарегистрируйтесь для участия в рейтинге пользователей.

Лента новостей

6 декабря
Кто выиграет чемпионат России-2016/2017?